Сообщество любителей ОМОРАСИ

Сообщество любителей омораси

Объявление

Появилась новая страница, ЧС пользователей, где вы сможете посмотреть список заблокированных пользователей| УРА нас уже 100 человек на форуме!!!

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Сообщество любителей омораси » Рассказы (БД) » Рассказы Креветкина


Рассказы Креветкина

Сообщений 1 страница 13 из 13

1

Всем привет. Меня зовут Юля. Я очень стеснительная девушка и почти никогда не отпрашивалась в школе на уроках в туалет, а ходила туда только на переменах. Но однажды, когда я начала учиться на первом курсе, со мной произошел случай, который дал мне понять, что никогда не надо стесняться естественных потребностей организма.Как-то раз я собиралась на пары в универ. На улице было еще тепло, а я худенькая, поэтому я решила надеть блузку, джинсовую мини-юбку до середины бедра и прозрачные черные гольфы чуть ниже колен. Мне очень нравится оголять свои ноги, поэтому я всегда стараюсь ходить на пары в таких мини-юбках, чтобы парни любовались моими загорелыми бедрами, но и препода не делали замечания. Многие девушки в нашей группе одеваются намного более открыто. Например, Катя-староста ходит в очень коротких шортах, а Люба – в платье, из под которого все видно, когда она поднимается по ступенькам вверх.

Я очень много кушаю и не толстею, потому что несколько раз в день хожу в туалет по-большому. Вот и сейчас я утром плотно поела, оделась, зашла в туалет, где сделала свои маленькие и большие дела и пошла в универ.

После первой пары я сходила в буфет и съела там бутерброд. Он-то и оказался лишним. На второй паре мне стало дурно. Уже после звонка я почувствовала какие-то не понятные ощущения в животе, как будто в скором времени он должен расстроиться. Но вскоре эти ощущения прошли, и я увлеклась лекцией, слушала преподавательницу, положив ножку на ножку. Юра с соседнего ряда улыбнулся мне, а я улыбнулась в ответ и почувствовала волнение и стеснение одновременно. Я даже немного покраснела. Тогда я просто села ноги вместе и поправила свою юбочку. Тут мой животик дал о себе напомнить, его кольнуло. Я подумала, что,наверное, объелась, и надо бы на перемене сходить в уборную и покакать. Наверное, даже будет понос. Я посмотрела на часы, до перерыва был еще час. Я начала немножко волноваться, и мой животик начал волноваться вместе со мной. Он уже серьезно стал напоминать, что расстроился, серией периодических покалываний. Прошло еще несколько минут, и я почувствовала первый серьезный поносный приступ. Мне стало очень нехорошо, сильный спазм накрыл весь живот сверху до низу, захотелось какать. Эта поносная волна боли длилась несколько секунд, а затем стихла. Тут я по-настоящему испугалась, но не решилась попроситься выйти. Снова положила ножку на ножку и посмотрела на часы. Прошла только половина пары. Я уже была не уверена, что дотерплю. Юра снова улыбнулся, но мне было уже не до него, я теперь могла только сморщиться от боли и желания испорожниться, но никак не улыбнуться. Вторая волна кишечной боли, от которой перехватывает дыхание, и хочется согнуться пополам, не заставила себя долго ждать. Я схватилась за живот и согнулась немного. Мне было очень плохо. Перетерпев вторую волну, я попыталась сосредоточиться на том, что говорит преподавательница и записывать за ней основное, потому что она тараторила как из пулемета. Время тянулось бесконечно медленно, до перерыва было чуть больше получаса. Третий поносный приступ накрыл меня очень скоро, а за ним последовал четвертый уже с небольшим интервалом. Во время этого приступа я уже точно решила отпроситься, но увидела, как Катя-староста поднимает руку и произносит такое сладостное «можно выйти?» Она вышла, сверкая голыми ляжками, а я решила подождать, когда она вернется. Прошло пять минут, но Кати все не было, а у меня в моем многострадальном кишечнике настала очередь новой

волны. Я решила, что лучше выйти, потому что перспектива обкакаться была сейчас как никогда реальной. Я буквально заставила себя поднять руку и набраться смелости и закричать «Можно выйти?» Короткое «да», и вот я уже иду по аудитории, а все понимают, что я иду в туалет, но, по-моему, всем пофиг. Интересно, Юра сейчас любуется моими голыми ногами?Вот я уже в коридоре, живот болит и крутит, в аудитории терпеть было еще легко, а вот сейчас я не знаю, как преодолеть оставшиеся несколько метров и не обкакаться. Сначала я иду быстрым шагом, а затем уже почти перехожу на бег. Хватаюсь за живот. Как же мне дурно, если бы вы только знали. Хорошо, что в коридоре никого нет: все на парах. А если бы я дотерпела до перемены, и пришлось бы стоять в очереди в уборную? Нет, даже подумать об этом боюсь. В голове мысль, что вот-вот обгажусь. Залетаю в туалет, едва не сбив с ног Катю, с которой мы встретились в дверях. Начинаю расстегивать пояс на юбочке и чувствую, что попа раскрывается, и трусики наполняются поносом. Бросаю пояс, задираю юбку, приспускаю обгаженные трусики и… Вот оно долгожданное облегчение. Ну почему я раньше не отпросилась? Что за дурацкая стеснительность? Ведь я же чуть не обкакалась при всех. Что теперь делать? Трусики-то можно выбросить, а если пострадала юбка? Меня несет в унитаз, каждое сокращение кишечника сопровождается сильным спазмом, я пукаю и какаю, какаю… Вроде все. Но нет, в кишечнике еще много поноса. И вот новый позыв, спазм, пукание и извержение поноса из кишечника, словно лавы из вулкана. Я держусь за живот и тихонько постанываю: «ой, оой, ои». Мне становится легче. Ну вот, понос прекратился. Теперь надо обследовать одежду. Трусики пришлось выбросить. Но юбка не пострадала, гольфы тоже. Я вышла из туалета. До перемены оставалось совсем немного. Я зашла в аудиторию и тихонько прокралась на свое место. В душе было смятение. После окончания пары я быстро собралась и убежала домой.С тех пор я не стесняюсь ходить в туалет на парах, понимаю, что ничего страшного в этом нет, страшнее обделаться при всех, поэтому при малейших позывах сразу поднимаю руку и отпрашиваюсь выйти. Я вообще стала меньше стесняться подобных вещей и однажды даже помогла девушке, которая обкакалась. Но это уже другая история.

+1

2

Еще раз привет. Я уже рассказывала вам о том, что раньше была очень стеснительной девушкой и боялась попроситься на занятии в универе в туалет. Но однажды у меня случился очень сильный понос, и мне пришлось преодолеть этот страх и выйти на паре, иначе я бы обкакалась прямо сидя на лекции.

С тех пор я ничего не стесняюсь и хожу в институтскую уборную по большому и по-маленькому на занятиях и переменах. Честно признаться, мне даже нравится, что девушки, ждущие своей очереди, слышат, как я журчу или пукаю в кабинке. Я выхожу оттуда вся красная от смущения и волнения, потому что мне одновременно стыдно и приятно.

Однажды в туалете произошел один случай, который помог мне найти лучшую подругу. А дело было так. После второй пары я решила сходить в уборную, так как сильно хотела писать. Впереди меня зашли две девушки в коротких джинсовых мини-юбках и заняли обе кабинки. Я стояла, скрестив ноги в своих коротеньких шортиках, и ждала, когда же они сделают свои дела. Тут я услышала громкий топот по коридору, а через секунду в туалет влетела девушка. Одной рукой она держалась за попу, а второй закрыла за собой дверь. Затем прислонилась попой к стенке, схватилась за живот обеими руками и слегка согнулась пополам.

- Там занято? – спросила она слабым голосом.

- Да, ответила я.

- ОООй, - застонала девушка, еще больше согнувшись.

Она, наверное, рассчитывала сразу попасть в туалетную кабинку, так как была уже на грани обкакивания, ее кишечник не мог ждать ни секунды, ему очень хотелось выбросить все из себя. Но обе кабинки оказались заняты, да еще и я была на очереди. Такого поворота событий девушка никак не ожидала и начала испорожняться в трусики прямо при мне. Она стояла, морщась от мучительных позывов и согнувшись почти пополам, и уже не могла контролировать процесс, обсераясь. Девушка слегка постанывала, пару раз громко и протяжно пукнула, и я отчетливо услышала звуки жидкого поноса. Из нее побежала почти вода. Девушка была в белой юбке и носочках, по юбке тут же на всю попу расползлось поносное пятно, вокруг нее образовалась лужа из жидкого кала. Носочки тоже были обгажены. Через пару минут процесс опорожнения был закончен. В тот момент, когда она гадилась, подружки в мини-юбках вышли из кабинок, ничего не заметив, так как увлеченно болтали. Девушка юркнула в одну из кабинок. Я тоже. Я журчала, а она громко пердела.

- Тебе плохо? – спросила я. – Давай помогу.

- Чем ты мне поможешь? – еле прошептала девушка.

- Я недалеко живу. Давай юбку принесу.

- Правда? – в ее голосе прозвучала надежда.

- Конечно. А как тебя так угораздило-то?

- Расстройство случилось, выйти постеснялась, а добежать на перемене не успела.

Я сбегала в общагу, принесла ей юбку, и мы познакомились и подружились с Наташей (так, оказалось, звали девушку). Этот случай поноса возбудил и ее тоже. У многих так начинается увлечение этой темой. Теперь мы общаемся и придумали себе множество приключений с клизмой и слабительными. Однажды мы собрались у нее дома и устроили соревнования между собой, кто дольше вытерпит после полуторолитровой клизмы. Она проиграла мне со счетом 1:2. Но это уже другая история.

0

3

Хочу рассказать тебе про один день из моей жизни, который стал для меня одновременно прекрасным и ужасным. Ужасным потому, что в этот день у меня на учебе случились проблемы с кишечником, пробрал жуткий понос, и я обкакалась, а прекрасным – потому, что благодаря этому, я познакомилась с классной девчонкой, с которой мы стали лучшими подругами.

А дело было так. Я тогда училась на первом курсе, предстояла контрольная работа. За день до нее я объелась слив, и ночью у меня разыгралась диарея. Я несколько раз вскакивала с кровати и, хватаясь за живот, бежала в уборную. А в школе я была отличницей и почти никогда не пропускала уроки. Мне нравилось учиться, поэтому часто ходила даже больная. Вот и сейчас, уже будучи студенткой-первокурсницей, наплевав на понос, я отправилась в универ.

Началась пара. Староста раздала каждому индивидуальный вариант, и работа закипела. Поначалу меня ничего не беспокоило, и я решала задачи, но вдруг началось ТАКОЕ! Словами трудно описать. У меня резко и неожиданно схватило живот, и накатил жесточайший приступ поноса. Бывает такой понос, который можно потерпеть и спокойно дойти до туалета. У меня же не было ничего похожего, боль была просто невыносимая. Я запаниковала. В голове были мысли: «ааа, что делать?». Самым правильным решением было бы поднять руку и громко закричать «можно выйти?», а потом, стремглав выскочить из аудитории в туалет. Но я постеснялась и, вместо этого, заерзала на стуле и села, скрестив ноги. Кстати, я была одета в белую юбку, ноги были голые, без колготок, только носочки одела.

Меня немного отпустило. Я посмотрела на часы. До конца пары оставалось 10 минут. «Сейчас, дождусь звонка, сдам работу и сразу в туалет» - подумала я. Но мне и в голову не могло прийти, что на переменах в женские туалеты всегда очереди и, возможно, я просто не дотерплю. Я сидела и мучалась от поносных позывов, смотря на секундную стрелку своих наручных часов. Каждая секунда терпения давалась мне с огромным трудом. Мой живот урчал и булькал, давая его хозяйке чувствовать себя очень нехорошо. О контрольной уже не могло быть и речи. Я решила три задачи из четырех и поняла, что просто не могу сосредоточиться. Все мысли были только о туалете. Я представляла, как сдам свою работу, как дойду до конца коридора и поверну направо, а там – заветная дверь с надписью «Туатет Ж» Ах, как мне хотелось в тот момент оказаться на унитазе и извергнуть из своего кишечника все, что приносило ему такие мучительные страдания. На моем лбу выступили капли пота, сердце было готово вырваться из груди, я сидела нога на ногу и от волнения терла свои голые бедра руками. Ну, вот, наконец, и звонок. Я встала из-за парты и почувствовала, что больше не могу. Живот резануло так, что я чуть не обделалась в классе. Я кинула свой листочек с решениями на стол преподавательницы и пулей вылетела из кабинета. Я схватилась за попу рукой и понеслась в туалет по коридору. Силой распахнула дверь в уборную. Еще чуть-чуть, и… о нет. Я увидела около кабинок девушку, которая стояла, скрестив ноги в коротких джинсовых шортах и ждала своей очереди. Наверное, сильно хотела писать. Я в отчаянии прижалась попой к стенке, согнулась пополам от невыносимой боли и схватилась обеими руками за больной животик.

- Там занято? – спросила я.

- Да, ответила незнакомая девушка.

- ОООй, - застонала я и вдруг… Вдруг я поняла, что сил больше нет. Мне уже было все равно, где я нахожусь, и мне захотелось прямо сейчас, в это самое мгновение испорожниться, облегчить свою боль, освободить кишечник от жидкого кала. Так и произошло. Я пукнула и сделала «буль-буль-буль» в свои трусы, мгновенно замарав юбку, ножки и носки. Понос был очень сильный и жидкий, вокруг меня образовалась лужа. Освободились кабинки. Я зашла в одна из них, девушка- другую. Она первая начала разговор, поддержала меня и предложила принести из дома юбку. Я согласилась. Мы познакомились с Юлей. Она ушла, а я стала ее ждать в кабинке. Выйти оттуда в таком виде я не могла. В туалет зашла еще одна девушка. Она подергала мою дверь, затем зашла в соседнюю кабинку. Я услышала звуки журчания. Затем зашли еще две девушки и, увидев лужу поноса на полу, сказали: «Фу, кто здесь насрал! Пошли на второй этаж»

Наконец, вернулась Юля. Она помогла мне привести себя в порядок и переодеться. Юбка, которую она мне принесла, оказалась ооочень короткой для меня. Но мне некуда было деваться и пришлось возвращаться домой без трусиков в этой супер-мини.

Мы подружились с Юлей, и у нас вместе было еще очень много поносных приключений.

0

4

Вот говорила же я себе: «Не ходи в студенческую столовую, отравишься!», а нет, все равно пошла. У меня слабый желудок и кишечник, поэтому если поем не качественную пищу, получаю гарантированный понос. Девчонки жрут что попало в столовой и буфете, и им хоть бы хны, а у меня чуть что, сразу диарея. А не покушать не могу, животик урчать начинает, поэтому ношу еду с собой.

А сегодня быстро собиралась в универ, потому что опаздывала, и не успела ни дома поесть, ни взять с собой хотя бы булочку. Только и успела продрать глаза, помыться, накраситься, надеть свою джинсовую мини-юбку, хотя обычно я ношу шорты, и прозрачные гольфы, да поскакала на остановку.

Успела прямо со звонком. После второй пары живот предательски заурчал, напомнив, что срочно надо поесть, а преподавательница нас, как раз, отпустила пораньше, вот я и решила, что схожу в столовую, может, пронесет. И действительно пронесло, только в другом смысле. На четвертой паре у меня случился просто жуткий приступ диареи, который закончился недобеганием до туалета и пачканием трусиков. Ну, обо всем по порядку.

В столовой я съела гречку с котлетой и выпила компот. Котлета была такой вкусной, что я попросила еще одну. Она-то, наверное, и оказалась не свежей. Видимо из другой партии что ли, не знаю.

Третья пара прошла благополучно, а на четвертой началось такое! Вдруг неожиданно и резко у меня закрутило живот, и возникло очень сильное туалетное поносное желание. Аж дыхание перехватило. Я тут же вытащила из сумочки пачку влажных салфеток и подняла руку:

- Можно выйти?

Преподша кивнула, и я встала и спешно пошла к двери. В коридоре позыв только усилился, я схватилась за низ живота и прибавила шагу. Вот и заветный туалет. Я быстро заскочила в кабинку, подняла юбку, прижав ее к животу, приспустила трусики и с ногами забралась на унитаз. Живот резко заспазмировал, я потужилась, пукнула и из меня просто полилось. Стул был очень-очень жидкий, я даже боялась забрызгать любимые гольфы.

Я пропоносилась, вытерла салфетками свои красивые ножки и попку, одела трусики, поправила юбочку и вышла из туалета.

На четвертой паре был семинар по истории. Прошло минут десять с момента моего возвращения, и пришла моя очередь делать доклад. Я думала, что поноса больше не будет, и спокойно пошла за кафедру. Но не тут-то было. Мой бедный кишечник снова забурлил, его начало резать и колоть. Мне стало так плохо. Я даже на секунду запнулась при докладе, но позыв отступил, и я продолжила. Второй раз проситься да еще и во время выступления на семинаре было как-то стремно, и я решила, что дотерплю до звонка. Но весьма опрометчиво. Я не только до конца пары, но и даже до конца своего доклада не дотерпела. Новый приступ поносного желания накатил на меня со страшной силой. Я снова почувствовала рези и коликообразную боль. Одной рукой я схватилась за животик, а другую держала на кафедре на листочке с докладом. И тут я поняла, что больше не могу. Поняла, что если я в эту же секунду не окажусь в туалетной кабинке, или хотя бы в коридоре, то обосрусь прямо здесь, при всех. Мне было очень нехорошо и больно в животике, волна кишечных сокращений могла вот-вот начаться. Нужно было что-то предпринять. Я мгновенно остановила доклад, сказала: «Извините, мне плохо» и, схватив листочек с докладом, выскочила из аудитории, как ошпаренная, на бегу хватаясь за попу. Процесс испорожнения начался прямо во время моего спринтерского забега до уборной, из попы полез жидкий кал прямо в трусики, потому что боль в животе была такая невыносимая, что я не могла сдерживаться.

Я залетела в туалет, спустила обгаженные трусики, взгромоздилась на унитаз, немного забрызгав пол, голые ляжки и даже гольфы, так как понос уже хлынул. Ну, хорошо хоть добежала, а не сделала все в трусы прямо при товарищах из группы и историчке.

Первый поносный фонтан из попы иссяк. Но животик продолжал жутко болеть, кручение и бурление снова спускалось сверху вниз, к моей попе. И вот снова сильная резь, пукание, и из меня опять потоком льется вода. Да, такого сильного поноса у меня давно не было.

- А, а, а, а – кряхтела я.

- Прр, прр, пууук – отвечал мой бедный больной животик.

Я сидела на корточках на унитазе, сгибаясь пополам от боли, держа двумя руками юбочку около живота и одновременно делая его массаж, и продолжала дристать.

Наконец, живот успокоился. Я выбросила обкаканные трусы и гольфы в ведро для туалетной бумаги, кое как обтерлась бумагой, на которой был написан доклад (влажные салфетки-то в кабинете оставила). И подумала, что хорошо, что историчка разрешает нам читать только то, что сами написали, а не с планшета, иначе даже подтеререться было бы нечем.

В класс я решила не возвращаться, вдруг еще раз прихватит. К тому же я была без гольф, и это могли заметить и понять, что я не добежала до туалета. Хотя, хрен с ними, мне не особо было важно, что обо мне кто подумает. Я села на скамейку недалеко от туалета, положив голую ножку на ножку, и тихонько поглаживала свой живот, который все еще болел. Новый позыв накрыл меня снова через пятнадцать минут, я просралась, и тут, пока я мыла руки, раздался звонок. В туалет зашли мои подружки Юля и Наташа. На Юле была джинсовая юбка и гетры, а на Наташе – черные классические шорты.

- Что с тобой было? – спросила Юля, глянув на мои ноги, и поняв, что я без гольф.

- Я обосралась, не добежала, - не стала скрывать я правды.

- Ну, ничего, со мной тоже такое было, - неожиданно поделилась откровением Наташа.

Они обе скрылись в кабинках. Юля покакала, а Наташа пописала.

Потом они предложили мне принести мою сумку и проводить до дома. Я, конечно, согласилась.

По дороге меня снова скрутило, мы завернули за гаражи, и девчонки прикрыли меня, пока я какала. После этого случая мы очень подружились, а вскоре я узнала, что им нравится понос и даже согласилась поучаствовать с ними в соревновании, кто дольше вытерпит после клизмы.

А на следующий день неожиданно одногруппник Ваня мне подарил розу и предложил встречаться. Потом оказалась, что и он неравнодушен к нашей поносной теме. Но это уже совсем другая история.

0

5

Полина пришла в универ одной из первых. Первой парой стояла физкультура. Девичья раздевалка была уже открыта, и девушка зашла в нее, чтобы переодеться. Она всегда ходила в спортивных штанах, но накануне их постирала и не успела высушить, так что пришлось одевать светлые джинсовые шортики, такие короткие, что из под них почти были видны трусики, а сзади были немного видны кусочки ягодиц. Обычно такие шорты она одевала разве что на пляж или на дачу, но никак не на занятие. Однако другой формы у Полины сегодня не было, а физру она пропускать не хотела, потому что скоро зачет, при выставлении которого пропуски тоже учитывались, поэтому пришлось одеть, что есть.

Полина встала перед зеркалом и слегка смутилась своему отражению. Уж очень голенькая она была: короткий топ, шортики-трусики, белые еще незагорелые ноги, носки и кроссовки – вот и вся Поля.

В раздевалку зашли две девушки из параллельной группы и, не обратив на Полину никакого внимания, тоже переоделись в короткие шортики. Теперь Полина чувствовала, что она не одна такая, и ей стало комфортнее.

Она вышла из раздевалки и направилась в спортзал, а там села на скамейку, положив ножку на ножку.

Занятие началось, и физрук всех выгнал бегать на улицу по парку. Полина бежала не особо быстро (в джинсовых шортиках было тесновато и не совсем удобно), воткнув в уши наушники. Тут она догнала тех двух девушек в шортах. Они шли и обе держались за бок. Видимо темп взяли слишком быстрый. Полина побежала дальше, и вдруг почувствовала, что и у нее с животом что-то неладное. Только его явно схватило не от бега, тут проблема была куда серьезнее, Полина очень жидко захотела какать. Она сразу поняла, что хочет в туалет именно поносом по накатившему на ее животик урчанию и бульканию. Девушка очень сильно испугалась и растерялась на секунду. А потом сообразила, что в парке есть общественный туалет. Только он был платным, а все деньги Полина оставила в раздевалке под замком.

- ааа, что делать? – пронеслось в голове у девушки.

Она побежала вперед, и увидела вдалеке фигуру старосты группы. Та спокойно шла, попивая спрайт.

- Оля, у тебя есть тридцать рублей? Очень надо!

- А зачем тебе?

- Да…- Полина замялась, - попить купить хочу.

- Так возьми у меня да попей.

- Ннет, ссспасибо, не надо, - пролепетала девушка, почувствовав сильный спазм.

- Ты ж только что хотела… А брезгуешь, наверное, - засмеялась Оля. – Ну, извини, у меня денег нет, только спрайт.

Полина побежала дальше. Она была в отчаянии и не знала что делать. В голову полезли мысли, что если она не дотерпит, то надо хотя бы не испачкать шортики, чтобы с минимальными потерями добежать до уборной. В животе булькало, а попка горела огнем. И тут она приняла решение бежать в туалет в универе.

Девушка припустила что есть мочи и буквально долетела до конца парка. Теперь предстояло перейти улицу, но, как назло, загорелся красный свет.

- Красный…. Ой, - слабо вскрикнула Поля и не смогла. Не смогла больше сдерживать жидкий понос внутри себя. Терпеть, когда хочешь поносом вообще очень трудно и даже невозможно. Вот и Полина сдалась. Ее попка раскрылась, и жидкие какашки мгновенно наполнили трусы. Полина стояла, согнувшись, и гадилась на глазах у прохожих. Понос стекал через джинсовые шорты прямо на ее голые ляжки. Зато в животе становилось все легче и легче, спадала тяжесть, девушка почувствовала что-то наподобие оргазма.

Потом она прямо в шортах залезла в городское озеро, где обмылась, и на этом ее приключения благополучно закончились.

0

6

Уже знакомая нам Полина была скромной девочкой, хорошо училась, жила в общежитии, по клубам не ходила и популярностью у парней не пользовалась. По совету соседок по комнате Поля стала одеваться более открыто: носить короткие юбки, шорты и платья на прогулку и даже на учёбу в универ. После этого парни начали обращать внимание на девушку и делать комплименты, впрочем, дальше комплиментов дело пока не доходило.

Семестр заканчивался, наступила жара, и все студентки, в том числе и Поля, максимально оголились. От красивых голых девичьих ног в институте рябило в глазах, и парни с трудом скрывали свои стояки. В тот день Поля пришла на учёбу в коротком чёрном платье, первую пару отменили, поэтому девушка заглянула в буфет. Там она встретила своих одногруппниц – старосту Олю и Валю. Они тоже были с голыми ногами. Оля пришла в универ в короткой джинсовой юбке и гетрах, а Валя – в чёрных классических шортах. Девчонки весело пощебетали и со звонком отправились в аудиторию.

Началась лекция. Вдруг Полина почувствовала острую резь в кишечнике. Живот закрутило: это был приступ поноса. Девушка поняла, что до перемены не дотерпит, подняла руку и попросилась:

- Можно выйти?

Её отпустили, и Поля пошла с задней парты к выходу из класса, который находился около доски, держась за низ живота и демонстрируя всем свои ноги. Это выглядело очень сексуально.

В коридоре девушке стало ещё хуже, её живот свело судорогой, и Поля согнулась пополам, схватившись за больной животик двумя руками и перейдя на бег. Около двери она едва не сбила с ног Надю из параллельной группы, которая выходила из уборной. Надя была в коротких спортивных шортах и гольфах, потому что у неё шла физкультура, во время которой ей срочно потребовалось в туалет.

В кабинке Поля едва успела спустить трусики до коленок, как из её попы брызнул поносный фотан. Девушка поносила несколько минут, затем привела себя в порядок и вся красная вернулась в класс.

Полин животик не хотел успокаиваться и готов был расстроиться в любой момент, поэтому она решила уйти с пар.

После звонка девушка вышла из класса и почувствовала, что снова хочет в уборную, поэтому прежде всего она направилась именно туда.

Около туалета девушка встретила Олю и попросила:

- Оль, скажи Нине (так звали куратора), что мне стало плохо.

- Хорошо, а что с тобой?

- У меня сильно болит живот.

- Что месячные начались?

- Да нет, понооос, - еле слышно прошептала Полина и густо покраснела.

Тут девчонки увидели, как к ним приближается куратор.

- Здрасте, Нина Андреевна, - закричала Оля.

- Здравствуйте, девочки, как ваши дела?

- Ой, у нас на математике вчера такое было…, - начала Оля делиться с куратором подробностями студенческой жизни группы. Во время её щебетания Поля почувствовала, что ей всё хуже и хуже и срочно нужно на унитаз, но она стеснялась перебить и со всех ног броситься в уборную.

- А посмотрите, какую я себе юбочку вчера купила, - похвасталась Олечка и покрутилась да так, что почти засветила свои трусики.

- Да, красивая юбка, только для прогулки в самый раз, а на учёбу надо одеваться поприличнее, - слегка пожурила Олю Нина Андреевна.

Хотя куратор сама только пришла после института, и все знали, что Нина в свободное от работы время ходит в таких юбках и шортах, что мама не горюй, любые студентки позавидуют её смелости и дерзости.

Тут Полина почувствовала в кишечнике позыв такой силы, что поняла, что сейчас обкакается.

- Извините, - мне нужно туда, - резко прервала Поля разговор и быстрым шагом пошла в туалет. Девушка дёрнула ручку, но туалет оказался закрыт. Этого Полинка никак не ожидала и от неожиданности тут же расслабилась, слегка согнулась и, держась за дверную ручку, обосралась в трусы.

Нина Андреевна и Оля сразу поняли, в чём дело, услышав булькающие звуки и увидев жидкий кал на голых Полиных ляжках.

Нина тут же вспомнила, как, ещё будучи студенткой, утром что-то не то съела, и на паре у неё случился понос. Тогда Нина выскочила из класса, как ошпаренная, но всё равно не добежала, обделав все шорты и ноги. Поэтому сейчас Нина быстро сориентировалась, достала для Поли влажные салфетки и ключ от служебного туалета.

- Вот, возьми ключ от туалета для преподавателей, как приведёшь себя в порядок, занесёшь мне в 32-ю, - сказала Нина Андреевна.

- Я ей помогу, - произнесла Оля, взяла ключ и потащила Полину за руку.

У Олечки тоже неожиданно заболел живот, и она сильно захотела какать.

В преподском туалете было, как раз, две кабинки. В одной из них Олечка приподняла юбочку, сняла трусики до колен и начала опорожнять свой кишечник.

В это время Полина испытывала сильные спазмы, но кал уже почти не выходил, потому как его основная масса испачкала Полины трусики и ножки.

- Фффф, - морщилась и стонала девушка, но ей почти не серилось.

Оля в это время уже вытерла попку, крутилась перед зеркалом и поправляла гетры. Это смотрелось очень возбуждающе. Полина измученная, наконец, слезла с унитаза, обтёрлась влажными салфетками, выбросила обкаканные трусики и тоже подошла к зеркалу.

Вдруг у Олечки снова заурчало в животе. Она почувствовала, словно он наполняется водой. Гримаса боли тут же выступила на лице Оли, давая Полине понять, что её подруге опять стало плохо.

- Ты чего?

- Кажется, мне снова надо, - сказала Оля и поспешила в кабинку, на ходу поднимая свою короткую сексуальную джинсовую юбку. На унитазе девушка ссутулилась и застонала. Второй позыв оказался намного мучительнее и болезненней первого.

- А, а, ааа, - кряхтела Оля, - Я не могу, мне плохо, - причитала она.

В это время Полина села на подоконник, положив ножку на ножку.

Наконец, Олечка вышла из кабинки. Полина пошла в общагу, а Оля вернула Нине ключ от туалета и решила пойти на пару.

Но на этом поносные страдания девчонок не закончились.

0

7

Общага находилась примерно в десяти минутах ходьбы от института. Полина шла туда, сверкая красивыми ляжками и придерживая своё коротенькое платьице, чтобы его ненароком не задрал ветер и не показал всем голую Полину попку, ведь на девушке уже не было трусиков. Они остались в урне туалета, где Поля какала несколько минут назад. Вдруг на середине пути на девушку накатила новая волна поносного спазма. Поля схватилась за живот и тут же с шага перешла на бег: только бы успеть. С каждым шагом припекало всё сильнее, и Полина прекрасно понимала, что в случае, если она обосрётся, то всё сразу потечёт по ногам, поэтому она увеличила скорость.

Студенческий городок жил своей жизнью: на спортивной площадке два парня бросали по кольцу, рядом на скамейке сидела девушка. Она забралась туда с ногами и рылась в планшете. На ней были невероятно короткие шортики, а майку девушка завязала, так что была видна часть её животика. Все занималась своими делами, и никто даже не подозревал, как плохо пробегающей мимо них Полине, и как сильно ей нужно в уборную.

Ну, вот и заветное общежитие. Поля буквально взлетает по ступенькам на крыльцо и с силой распахивает дверь, в предвкушении, что уже примерно через минуту она окажется на заветном унитазе. Но тут её ждёт ещё один сюрприз в виде новенькой вахтёрши, которая никого не знает.

- Пропуск, девушка!

Полина аж замерла на месте, по её кишечнику прокатился спазм, и девушка слегка серанула, тут же почувствовав, как несколько поносных капель сзади текут по её ногам.

- Извините, мне плохо, - сказала Поля, проскочив мимо вахтёрши.

- Куда? – закричала та, но Полины уже след простыл.

Девушка взлетела на свой третий этаж и даже решила не заходить в комнату за туалетной бумагой, а сразу бежать в уборную, ведь процесс испорожнения мог начаться в любой момент. Полина дёрнула заветную дверь, да видно сюрпризам сегодня не суждено было закончиться, и туалет оказался занят.

Полина встала, скрестив ноги. В этот момент её немного отпустило, и девушка решила потерпеть, а не бежать в туалет в другом конце коридора. Мимо неё прошло несколько знакомых, она поздоровалась со всеми и даже улыбнулась, чтобы не выдать своего болезненного поносного состояния.

Прошло около пяти минут, уборная всё не освобождалась. Там сидела Василина из комнаты напротив. Она описала свои домашние шортики, не успев добежать до туалета, и теперь ждала, когда же они высохнут.

То мгновение, когда Полине стало немного полегче, быстро прошло, ведь понос никуда не делся, и девушка снова почувствовала резь в животике. Тогда она приняла решение отправиться в другой конец коридора и побежала туда, держась за живот. В другом конце коридора уборная тоже была занята. Девушка больше не могла ждать и терпеть и поскакала этажом выше. Но и там в туалете кто-то сидел. Такое достаточно часто бывает утром, и девушка уже ни раз так бегала, порой чуть не писаясь и не какаясь. Но сейчас учебный день, и то, что три туалета подряд заняты, было очень странно. Но Полине было не до раздумий о причинах этого, ей скорее хотелось удовлетворить своё физиологическое желание и извергнуть понос из кишечника, поэтому она снова поскакала еще выше на этаж, попукивая на бегу. Понос маленькой струйкой уже потёк по голым ногам Полины.

Тут Поле, наконец, повезло: на пятом этаже туалет был свободен, девушка юркнула туда, задрала платье и так громко перданула, что кафельная плитка чуть не посыпалась. Её очень жидко понесло, и минуты полторы из попы лился водопад.

Тем временем Олечка слегка опоздала на пару, и была ошарашена, увидев в аудитории незнакомого препода. Она сначала даже подумала, что не туда попала, но лица ребят были знакомые, значит всё-таки туда.

- О, а вот и староста, - крикнул Олин одногруппник Дима.

- Молодой человек, что за выкрики с места! – сурово сказал незнакомый препод. – Нда, если уж староста опаздывает, что можно говорить и об остальной группе.

- Извольте объяснить причину своего опоздания, - сказал он, обратившись к Оле.

- Извините, этого больше не повторится.

- Я не спрашиваю, повторится, или нет, я спрашиваю, почему вы опоздали.

Олечка сейчас стояла перед преподом, как школьница в своей коротенькой юбчонке и гетрах и даже от волнения скрестила ноги. Ей в это мгновение хотелось, чтобы юбочка была подлиннее и не открывала так сильно её голые ножки. Оля была не робкого десятка, других обычно старостами и не выбирают, но тут почему-то оробела. Уж больно суровым был незнакомый преподаватель. Кстати, Олю ещё удивило и то, что деканат не предупредил её ни о чём, она быть хоть одногруппникам сказала, да и сама не опаздывала. Хотя как тут не опоздаешь, когда такой понос прохватил. Впрочем, в такие подробности девушка не хотела никого посвящать.

- Извините, меня куратор задержал, - ответила она, что было отчасти правдой.

- Садитесь. Ольга Дмитриевна заболела и позвонила мне, попросила срочно её подменить. Кстати, я у вас буду вести на третьем курсе, а память у меня отменная, так что я вам очень не советую портить со мной отношения.

Оля вся красная села на своё место рядом с Валей. Только она поправила юбочку, гетры, положила ножку на ножку и достала тетрадь, как вдруг почувствовала, что её животик ещё не полностью освободился от поноса и снова заурчал.

0

8

Олечка тут же покраснела: ей показалось, что все это услышали. Она была не робкого десятка, недаром её выбрали старостой. Могла, если что, отстоять группу перед деканатом, когда та накосячила, приструнить того же Диму, когда он вёл себя, как придурок, но сейчас чувствовала себя не в своей тарелке. Обычно отпроситься выйти для Олечки не составляло никакого труда: она не раз выходила, чтобы пописать и даже покакать в туалете во время пары, но поноса у неё ещё никогда прежде в универе не случалось, да ещё и препод отчитал за опоздание, и юбочка и правда слишком короткая. Всё это выбило девушку из колеи, и, почувствовав новый позыв на понос, она постеснялась попроситься в туалет. Вскоре булькание прошло, и Оля обрадовалась.

Тут она обратила внимание, что её соседка по парте Валя сидит вся бледная, положив голую ногу на ногу, и держится левой рукой за живот. Олечка догадалась, в чём дело. До этого Полине стало поносно плохо, что она ушла домой, потом ей самой, а вот теперь ещё и Вале. Оля поняла, что, скорее всего, девчонки отравились салатом, потому что каждая из них его ела и каждая почувствовала, что он слегка не свежий. Но если Валюша съела только половину, то Оля и Поля уничтожили свои порции полностью.

- Валя, тебе плохо? – спросила Оля?

- С чего ты взяла? – ответила Валя вопросом на вопрос, стесняясь признаться в своей проблеме.

- У тебя такой измученный вид и ты за живот держишься.

- Прекратите разговоры, - строгим голосом сказал преподаватель. – Староста, повторите, что я сейчас сказал.

Олечка встала, поправила юбочку и смутилась. Все парни пялились на её ножки.

- Выыы, - начала она, и вдруг почувствовала, как живот пронзила резкая боль, - извините, я не расслышала.

- Я и не сомневался, садитесь.

- Можно выйти? – произнесла Валя дрожащим голосом, вставая из-за парты.

- Зачем?

- Ну, мне нужно.

- На перемене выйдете. То с соседкой болтаете, то по телефону вдруг решили поболтать.

Валя села и тут же согнулась от спазма в животе.

Оля поняла, что они с Валюшей попали в очень затруднительное положение. Если Валю не выпустили, то Олечку тоже, разумеется, не отпустят. Можно, конечно, наплевав на всё, выйти, но вдруг этот препод злопамятный и припомнит ещё.

Валя сидела за партой, согнувшись. Она даже расстегнула пуговицу на шортиках, чтобы так сильно не давило.

- Оля, мне плохо, что делать? – спросила шёпотом она.

- Мне тоже. Живот разрывает. Наверное, салат был не свежий. Давай выйдем без спросу.

- Нет, я так не могу.

- Ну, тогда попросись ещё раз.

- Ты, что, он же меня убьет.

Вдруг Вале стало совсем невмоготу. Если с собой девушка ещё могла поспорить: внушить, что не надо злить препода, отпрашиваясь повторно, то с кишечником спорить было бесполезно. Да он и не собирался, а готов был в любую секунду начать извергать понос в Валины трусы. Девушка, пересилив себя, снова подняла руку.

Но препод её не видел, потому что чертил что-то на доске.

Одногруппница Ира толкнула её в спину:

- Да отпросись ты громко, - сказала она.

Но Валюша смутилась и, вместо того, чтобы действительно закричать «Можно выйти?», задала какой-то глупый вопрос. Преподаватель, на удивление, не рассердился, а принялся обстоятельно отвечать, но Валя его не слушала: она думала только о туалете:

- Я сейчас обосрууусь, - бесконечно крутилась мысль в её голове во время очередной поносной волны.

И вдруг девушка решилась: она неожиданно для самой себя просто встала и пошла по аудитории к выходу. Сознание было, как в тумане. Парты, за которыми сидели студенты плыли перед глазами, Валя и не заметила, как открыла дверь и оказалась в коридоре. Тут-то ей и стало совсем плохо: она почувствовала, что попка раскрылась помимо её воли, и жидкий понос начал постепенно наполнять трусики. Бедная Валечка схватилась за попу и побежала со всей скоростью в уборную. Пока она возилась с молнией и поясом, её новые джинсовые шортики, которые она только сегодня надела, были уже порядочно обгажены, все бёдра тоже были в жидком Валином кале.

Но, несмотря на то, что часть поноса уже вышла из Валиного кишечника, там оставалось ещё очень много, и девушка, наконец-то справившись с нижней частью своей одежды, взгромоздилась с ногами на унитаз. Ей даже расслабляться было не надо: понос сам потёк из попы с новой силой.

0

9

Преподаватель, конечно, заметил, что Валюша вышла, потому что, услышав шаги, повернулся к доске задом, а к студентам передом. Но, увидев, что она держится за живот, и ее измученное лицо, понял, что Вале стало плохо не на шутку, и ничего не сказал, а продолжил лекцию. Он хоть был и строгий, но не зверь, и не хотел ставить студентку в неловкое положение, спрашивая, куда это она направилась.

Оля, тем временем, не знала, как ей поступить. Терпеть дальше? Поднять руку и отпроситься выйти? А, может, тоже выскочить без спроса? Она сидела за партой, скрючившись, положив ножку на ножку, и даже заплела ноги «узелком». Её ладони сильно вспотели, сердечко Олечки билось очень быстро, а кишечник то и дело покалывало, но стало всё равно легче, чем в начале пары. Девушка посмотрела на наручные часы. До перерыва оставалось всего пятнадцать минут, и Оля решила, что она уже не так сильно хочет в туалет, и дотерпеть вполне реально. В животе чувствовалось урчание, было ясно, что там внутри еще много чего, что нужно выкакать, однако позывы почти прошли, и девушка сидела более менее спокойно, во всяком случае внешне, и даже не ёрзала.

Но понос – это такая штука, которая постоянно даёт о себе знать, и никуда не денется, пока не покакаешь, и многие знают, что если расстроен кишечник, то он успокаивается лишь на короткое время, а затем опять наступает болезненный позыв, который перетерпеть ой как непросто.

Так и произошло с Олечкой. За какие-то пол минуты её животик полностью накрыла новая поносная волна. Стало тяжело дышать, ладони вновь вспотели, и даже на лбу выступили капельки пота, сердце готово было выскочить из груди. «Это сейчас пройдёт» - пронеслось у девушки в голове. Она сменила положение тела и выпрямила спину. Девушка сидела теперь не ножка на ножку, а сжав ноги вместе. Живот продолжал болеть, а поносный приступ никак не хотел отпускать. Бедная Олечка. С каждой секундой ей становилось все труднее терпеть, и она решила всё-таки отпроситься. Уж лучше выйти, пусть что угодно думают препод и одногруппники, чем наделать в трусы прямо на паре. Она просто решила тихонько подойти к преподу и сказать, что ей плохо, а потом выйти.

Девушка начала вставать из-за парты, и во время вставания её резанул позыв такой дикой силы, что попа открылась, и Оленька почувствовала в трусиках горячий и жидкий кал. Она попыталась сжаться, присела, но, когда садилась то пустила еще раз. Тогда Олечка встала, схватилась одной рукой за попу, другой – за живот и медленно, скрючившись подползла к преподу. Все взоры одногруппников были устремлены на неё.

- Мне плохо, - простонала она измученным голосом.

- Бегите быстрее! - сказал преподаватель. Он сразу всё понял. Да и не только он. Все, кто сидел на лекции вмиг догадались, что Оля обсерается. Никто не засмеялся, потому что уже не школьники, все скорее удивились. Не каждый день такое увидишь: староста, которая должна всем показывать пример, так оконфузилась. Конечно, это была не её вина, с кишечником шутки плохи, но, как бы там ни было, для Олечки это был позор.

Впрочем, сейчас она об этом не думала. Она чувствовала себя настолько дурно, что могла думать только о своем бедном кишечнике. Девушка, согнувшись, вышла, закрыла дверь, а уже в коридоре обделалась по полной программе. Ей было так плохо, что не было сил идти в туалет, она просто срала в трусы, скорчившись, и облокотившись на стенку. В коридоре раздавались булькающие звуки. Когда часть поноса покинула Олин кишечник, она, наконец, смогла выпрямиться и отправилась в уборную.

Там в соседней кабинке сидела Валя. Она уже не поносила, а просто не знала, что делать.

Олечка сняла кеды, затем по одному выбросила обосранные гетры, снова надела кеды и взгромоздилась на унитаз. Она подняла юбочку и вытряхнула из трусиков часть кала, после чего трусики тоже полетели в мусорную корзину. Стоял ужасный запах поноса. Новая волна кишечных сокращений согнула Олю, она схватилась за бедный больной животик, перданула и зашлась в новом дичайшем приступе поноса. Спустя примерно десять минут, Олечкин животик, наконец, успокоился.

- Оль, ты как? – спросила Валя из соседней кабинки.

- Спасибо, мне легче, а ты?

- Мне тоже. Но, как бы это сказать, я… В общем, я не добежала.

- Я тоже, - призналась Олечка. У тебя одежда сильно пострадала?

- Да, я шорты обделала, как быть не знаю.

- Давай я позвоню Полине, пусть она принесёт нам что-нибудь из общаги. Наверное, ей уже лучше.

- Давай. А у тебя тоже одежда пострадала?

- Ага. По-моему у меня сзади пятно на юбке. Посмотри, пожалуйста.

Оля вышла из кабинки, а Валя открыла дверь своей, но выходить не стала. Она так и сидела на унитазе со спущенными обосранными шортиками, которые надела обратно, после того, как выбросила трусики. Оля покрутилась перед Валей: сзади на юбке у неё действительно красовалось огромное пятно на всю попу.

- Ой, кажется, кто-то идёт, - сказала Оля, услышав шаги. Кто-то явно приближался к женскому туалету.

Олечка быстро юркнула в Валину кабинку и закрыла за собой дверь.

В эту же секунду дверь распахнулась, и в туалет вошла незнакомая девушка в коротком платье и босоножках. Она зашла в кабинку, где некогда сралась Олечка, сморщилась от неприятного запаха, но подняла платье, приспустила трусики и начала журчать. Затем быстро оделась, оправилась и ушла мыть руки.

Через минуту снова стало тихо. Оля, находясь вместе с Валей в кабинке, набрала номер Полины, но та не отвечала. В это время она в очередной раз сидела в общежитском туалете и мучительно высералась. Поле казалось, что она сейчас все внутренности выкакает, но кал почти не выходил, что приносило Полине огромные кишечные страдания.

Оля попробовала набрать Полю еще раз, и в этот момент прозвенел звонок с пары.

+1

10

Коля и Полина жили в соседних комнатах в общаге. Они, конечно, здоровались, но толком не общались. Коля часто захаживал в гости к Вере, соседке Полины. Они с Верой были одногруппниками и помогали друг другу, просто дружили, не более того. А на Полину Коля вообще не обращал никакого внимания, она ему казалось не яркой серой мышью. Другое дело Верка.

Но в последнее время Коля стал все чаще и чаще останавливать свой взгляд на Полине. Может, потому что она стала поактивнее, после того, как сдружилась со своей старостой, может, потому, что начала носить короткие юбки? Как бы там ни было, отношение к Полине у Коли изменилось, и она ему стала даже нравиться. Но ничего особо серьёзного он к ней не чувствовал, пока не настал ТОТ день.

В ТОТ день у Коли была всего одна пара, после которой он отправился в общагу. Вера убежала куда-то, даже не заходя домой, поэтому Коля возвращался с пар один. Парень хотел спокойно приготовить поесть, пока все на занятиях и никто не мешает. Да и Верку накормить, надо было, когда та вернется. А та за кормёжку в течение недели обещала ему сделать курсач. Готовил Коля неплохо, поэтому выполнить их с Верой уговор не составляло никакого труда. Он стоял на кухне, помешивая содержимое кастрюли, как вдруг увидел пробегающую мимо Полину. Она была какая-то взъерошенная и держалась за живот. Коля сразу догадался, что ей нужно поносом в туалет, и тут же почувствовал уплотнение в своих шортах, ведь его всегда возбуждали мысли о том, что девушке нужно в уборную. А припекло Полю, похоже, неслабо. Да еще на Колино счастье туалет оказался занят. О таком везении парень не мог даже мечтать и уже почти в открытую наблюдал за девушкой, не боясь себя спалить. Какая уж тут готовка! На Колю накатило очень сильное возбуждение, сердце готово было выскочить при виде голоногой Полины, стоявшей скрестив ноги, и держащейся за живот. Вдруг Поля резко побежала в противоположную сторону коридора. Коля едва успел отпрянуть назад и спрятаться на кухне. Но желание узнать, что будет дальше, пересилило желание не спалиться, и, конечно, Коля пошёл за Полиной. Медленным неспешным шагом он дошёл до своей комнаты, поглядывая в конец общажного коридора. Поля стояла и жалась около уборной, которая тоже оказалась занята. Коля сделал вид, что никак не может найти ключ от комнаты, а сам посматривал вдаль на Полю. Она, постояв и помучавшись около соседнего туалета минуты две, согнувшись, ринулась в сторону лестницы. Видимо в туалет на соседнем этаже побежала.

Но туда Коля идти уже не стал, это было бы слишком рискованно. Вместо этого он сбегал на кухню, выключил плиту, побежал скорее в комнату мастурбировать и очень бурно кончил. Как же его завела эта ситуация. Только что на его глазах симпатичная девчонка с сексуальными ножками чуть было не обделалась поносом. Соседей Коли не было дома: они учились в другой группе и были на парах. После того, как парень сделал себе хорошо, он вышел из комнаты, чтобы продолжить готовить. Открывая дверь, Коля увидел Полину, которая, как раз, вернулась из туалета и искала в сумочке ключи от своей двери.

- Привет, а ты чё так рано сегодня? – спросил он, чувствуя, как дрожит его голос.

Но Полина не обратила на это внимения, её сейчас заботил только больной животик, и ничего другого.

- Да я ушла раньше, мне что-то нехорошо, - ответила она и, не вдаваясь в подробности, захлопнула дверь перед Колиным носом.

А Николай снова почувствовал, как у него встаёт и даже обрадовался, что диалог закончился так быстро, потому что Полина легко могла это заметить.

Кое-как справившись со своим неугомонным аппаратом, Коля снова отправился на кухню, доваривать суп, а Полина тем временем переоделась, приняла душ и вернулась в комнату. В холодильнике девушка нашла пирожное и тут же съела его, заедая пережитый стресс. Это было большой ошибкой, животик девушки снова не выдержал, и уже минут через десять его пронзила резкая боль. Поля тут же вскочила с кровати, надела тапочки и бегом побежала в туалет. Пока девушка неслась в заветную уборную, она едва не обделалась.

Спустив шорты и трусы до коленок, Поля громко пукнула, и из неё тут же полилась поносная жижа. Процесс испорожнения сопровождался беспрерывным пердением и стонами девушки. Она испытывала очень сильные боли внизу живота, поглаживала его, чувствуя внутри бурление и урчание. Вскоре жидкий кал перестал выходить, но легче вообще не становилось. Спазмы и кишечные сокращения не прекращались, но из попы брызгали лишь небольшие струйки. Это было очень мучительно. Пока Полина высералась, ей, как раз, и позвонила Оля, но девушка, конечно, не слышала звонка подруги, потому что телефон находился в комнате.

А Коля тем временем продолжал готовить и, разумеется, увидел, что его соседка снова умчалась на всех парусах в уборную. Такого возбуждения парень не испытывал никогда. Он решил во что бы то не стало, поговорить с Полиной на эту тему, и, когда она вышла из туалета, подошёл и спросил:

- Поля, тебе плохо?

- Да нет, всё нормально, - ответила она и покраснела.

А в этот момент очередной позыв скрутил девушку, ей стало так дурно, что она согнулась и схватилась обеими руками за живот прямо на глазах у Коли.

- Может, тебе таблетку дать?

- Нет, ой, прости, мне нужно… , - сказала Поля и, не договорив, опять скрылась в туалете.

Коля решил больше не приставать с расспросами, понимая, что девушке не до него, к тому же он очень боялся выдать свой интерес к поносной теме. На сегодня и так уже сюрпризов было достаточно. Парень снял суп с плиты и снова удалился в комнату, где опять занялся онанизмом.

Полина испорожнилась и пошла к себе, искать таблетки от поноса, но ничего не нашла. Тогда она решила обратиться к Коле, тем более, что он сам предлагал помощь, да и наверняка уже догадался, что у Поли диарея. Конечно, стыдно было перед ним, но другого выхода девушка не видела: ей очень хотелось успокоить больной животик, она уже вся измучилась от бесконечных позывов и болезненной дефекации. К тому же Поля вспомнила, что пару недель назад у её соседки Верки тоже случилось кишечное расстройство, и еще тогда девочки не нашли таблеток, и именно Коля выручил . А теперь вот и Полина наступила на те же грабли, что и Вера, так и не сходив в аптеку и не купив, на всякий случай, лекарство от диареи.

Коля доставлял себе удовольствие, как вдруг услышал стук в дверь. Он тут же натянул трусы и шорты, крикнул «секунду» и попытался хоть немного успокоить своё возбуждение. Когда Коля открыл, то чуть не вздрогнул от неожиданности. На пороге стояла голоногая Полина в коротеньких хлопчатобумажных шортиках и гольфах. Та самая Полина, которая вот уже часа полтора будоражила его воображение своими бесконечными походами в уборную. Его член тут же встал, Поля наверняка это заметила, а лицо Коли тут же залилось краской. Но Поля стеснялась не меньше, ведь ей предстояло просить у парня лекарство от диареи, просить не у подружки, а у человека противоположного пола:

- Коля, извини, у тебя, случайно, нет лоперамида? - произнесла Полина, чувствуя, как тоже краснеет.

Коля чуть не кончил от таких слов, но, всё же, нашёл в себе силы, взял себя в руки и ответил:

- Лоперамида нет, есть имодиум, сейчас дам.

И с этими словами он открыл холодильник и дал Поле лекарство.

- Спасибо тебе большое, ты меня так выручил.

- Пустяки, обращайся, если что.

Вот так и началось близкое общение Коли и Поли, а вскоре еще ближе их сплотила еще одна поносная история, о которой я расскажу как-нибудь в следующий раз. В-общем, Николай стал ухаживать за Полиной, и вскоре они стали парой.

0

11

Вера, подруга Коли, приехала учиться в институт из небольшой деревни. Школу она закончила с двумя четвёрками и без проблем поступила на «бюджет». Однако, как и многие, поселившись в общежитии и оторвавшись от дома, девушка пустилась, что называется «во все тяжкие»: почувствовала свободу, начала прогуливать учёбу и к концу первого семестра накопила кучу хвостов. Однако, Вера вовремя взялась за ум, и уже во втором семестре начала нормально учиться, и ей это даже понравилось. Девушка обзавелась друзьями: она была популярна среди одногруппников, потому что играла в баскетбол и КВН, да и вообще вела активную жизнь. Лишь одна проблема не давала девушке покоя: в конце летнего семестра ей нужно было сдавать экзамен по английскому языку, а у них в школе учителя постоянно менялись и толком ничему не научили.

На английский Вера постоянно шла, как на каторгу. Его вела строгая преподша Мария Викторовна, к тому же декан их факультета по совместительству. На нём девушка всегда чувствовала себя не в своей тарелке, и из активной, успешной и популярной девчонки превращалась в скромную и даже слегка забитую студентку. Да еще и, Коля ничем ей не мог помочь, потому что ходил в другую подгруппу.

В тот день у Веры была всего одна пара, и, как назло, это был именно английский. Девушка, как всегда, очень волновалась, у неё была прямо какая-то фобия английского языка, и на этой почве зашла в институтский буфет. Чтобы сильно не поправиться, но и заесть стресс, Вера взяла два салата, села к окошку и мысленно повторяла заданный диалог, постепенно успокаиваясь. Но она даже не предполагала, что через каких-то полчаса с её животиком из-за этого салата начнется такое, что она долго его не сможет успокоить.

Занятие по английскому языку началось, как обычно. Преподавательница объясняла новый материал и спрашивала, кто как понял. Вера тоже ответила правильно на один из вопросов. Когда она вставала из-за парты, чтобы ответить, то продемонстрировала всем свои красивые голые ножки. Девушка была одета в белую блузку, очень короткую джинсовую юбку и прозрачные черные гольфы. Впрочем, не только она сегодня выглядела сексуально: из-за жары все девчонки, а их было шесть, не считая Веру, пришли с голыми ногами, соблазняя одногруппников, которые с трудом скрывали свои стояки.

Прошло минут десять после звонка, а одной девочки до сих пор не было на месте, хотя вещи её лежали. Дело в том, что перед самым началом пары у неё скрутило живот, да так резко, что она тут же бросилась в уборную и едва не обделалась, пока бежала туда. И вот, когда пара была уже в самом разгаре, она постучалась и появилась на пороге:

- I'm sorry, I'm late. May I come in? – спросила она по-английски.

- Женя, где ты гуляла? – ответила Мария Викторовна по-русски вопросом на вопрос.

- В туалете, - произнесла та, чувствуя, как краснеют её щеки. От смущения Женя даже скрестила ноги. На ней были очень короткие джинсовые шорты, кеды и носки.

- В туалете гуляла, - произнесла преподша, вызвав дружный смех аудитории. - Sit down please, - вздохнув, добавила она.

Верина одногруппница Женя села на место, красная, как рак, и положила голую ножку на ножку, а Мария Викторовна объявила, что пора отвечать диалоги. И то ли от этой новости, и от сразу накатившего волнения, то ли от несвежего салата, Вера почувствовала себя дурно: у неё начало покручивать живот. Девушке было очень хорошо знакомо это поносное ощущение: она не умела толком готовить и часто забывала смотреть сроки годности продуктов, поэтому регулярно поносила в институтском или общажном туалете. И сейчас в её кишечники начали происходить до боли знакомые процессы: он поносно заурчал и заколол в левой нижней части. Вера сразу вспотела от осознания того, что скоро отвечать диалог, а она резко захотела какать: её ладони стали влажными, а сердечко забилось в два раза быстрее и готово было выскочить из груди.

Но её пока не вызывали. У доски стояли Женя и Нина, соблазняя всех своими голыми ногами. Женя отвечала достаточно бегло, а Нина путалась, заикалась и краснея. Вера в этот момент вообще напрочь забыла диалог. Она ерзала на стуле, чтобы хоть как-то облегчить боль в животе, и меняла положение тела, то выпрямляя спину, то сгорбившись. А тем временем Верином кишечнике поносные процессы стремительно развивались: покалывание и урчание сменились схваткообразными болями, накатывающими почти беспрерывно. Бедная Верочка сидела, согнувшись, и держалась за живот.

Наконец, Женя и, главным образом, Нина отмучились, и Мария Викторовна вызвала отвечать Верину одногруппницу Соню. Соня вышла к доске и тоже показала всем сексуальные ноги в мини-юбке. Мария Викторовна спросила, кто бы хотел составить пару Соне. В этот момент Вера почувствовала, что сейчас не выдержит и обосрётся, она подняла руку и хотела отпроситься выйти, но Мария подумала, что Вера хочет отвечать и с радостью вызвала её. Вера, вопреки всякой логике, постеснялась опровергнуть догадку преподавательницы, встала из-за парты и пошла к доске. Пока бедная Верочка вставала, её кишечник резануло так, что в глазах потемнело. Она инстинктивно положила руку на животик, но потом убрала и вышла отвечать. Во время похода к доске, чтобы облегчить невыносимую кишечную боль, Вера непроизвольно пукнула, выпустив в трусики немного кала. Ей стало легче и она решила, что вполне в состоянии ответить диалог, а потом отпроситься выйти в уборную.

Первая фраза досталась Соне. Та ответила её, и настал черёд Веры. А у Веры в это время случился новый позыв на диарею. Поносная волна боли накрыла кишечник девушки, но ей показалось в эту секунду, что болит абсолютно всё, от кончика головы до ножек. Она инстинктивно положила руку на живот и мучительно сморщила лицо, но фразу, запинаясь проговорила. Соня отбарабанила ответ. И тут Верочка почувствовала, что не может больше терпеть, что жидкий кал вот прямо сейчас, в эту самую секунду польётся в её трусики, если она в срочно не побежит в уборную.

- Мария Викторовна, а можно…можно выйти?

Мария Викторовна не видела состояния Верочки, так как в это время смотрела в журнал.

- In English, please. Отпросись на английском, - ответила она.

Вера, чувствуя что уже на грани обсерания, вместо того, чтобы просто выбежать из кабинета в уборную, снова, вопреки всякой логике, стала подбирать слова. На английском у неё логика вообще куда-то пропадала, как будто её и не было.

- May…May I?...

И тут Веру согнул пополам приступ такой силы, что она сдалась:

- Мария Викторовна, мне плохо, я не могу, - крикнула она и выскочила из кабинета на полусогнутых ногах, держась обеими руками за живот.

Уже в коридоре из её трусиков полилась поносная жижа. Всё тут же потекло по ногам, пачкая ляшки и гольфы Верочки. Когда она добралась до туалета, то все ножки были уже в поносе. Вера только и успела поднять юбку, как из неё в унитаз с громким пердением полилась настоящая вода. Стул был очень-очень жидкий. Вера и сегодня утром жиденько покакала перед походом на пары, а тут ещё салат добавил: в-общем звуки поноса были такие, словно девушка писает, только другим местом. Всё это сопровождалось бесконечным пуканием…

0

12

Оля с родителями переехала в Сочи. Её папе предложили очень хорошую работу и дали трёхкомнатную квартиру. От такого подарка отказываться было нельзя, ибо это намного лучше, чем жить в тесной однушке, да ещё и вдалеке от моря. Пришлось расстаться с хорошими друзьями и сменить школу, а Оля была в 11 классе. Всё бы ничего, но на дворе май, конец года. Впрочем, учителя пообещали не портить аттестат и выставить те оценки, которые Оля заработала там, в предыдущей школе. А там уж как ЕГЭ решит.

Девушка была очень скромной и с трудом находила общий язык с новыми людьми. На первый урок в новой школе она хотела одеться скромно: джинсы и майку, но мама с трудом её уговорила надеть короткую чёрную юбочку выше колена и не надевать колготки, потому что на улице было жарко. Когда Оля вошла в новый класс, то увидела, что почти все остальные девочки вообще пришли в коротких шортах: чёрных, белых, джинсовых, а кто-то даже спортивных. Встретили Олю в классе в целом вполне хорошо, только новая одноклассница Галя, которая, как раз, была в спортивных шортах, отпустила несколько дурацких шуточек. С Галей, по иронии судьбы, Оля и села. Просто больше мест свободных не было, а класс был маленький.

Начался урок. Галя привязала незаметно Олечкину ногу к стулу. Хотела проверить новенькую на вшивость. Галя сделала вид, что уронила карандаш и долго копошилась под партой, якобы в его поисках, так что Оля даже не подозревала о коварном Галином плане. Привязала не крепко. Просто несколько раз не туго обмотала своими старыми колготками Олечкину ножку вокруг ножки стула. К тому же Олечка была в гольфиках: на голой икре она бы сразу почувствовала что-то неладное, а через гольф – нет. В-общем, коварный план Гали удался.

Галя продолжала говорить Оле всякую фигню, та отвечала невпопад и вдруг почувствовала, что у неё то ли от волнения, то ли от того, что она накануне объелась на своём восемнадцатилетии, прихватило живот. Девушку скрутил сильнейший спазм, и она тут же непроизвольно сморщилась и схватилась за свой животик.. Сердце бешено застучало, ладони вспотели, и Оля запаниковала. Урок только начался, терпеть нужно было еще больше получаса, а отпроситься выйти для Олечки в первый же день было на грани позора, которого она бы просто не пережила.

Приступ продолжался пару минут, затем кишечник отпустило. Но за первым позывом тут же последовал второй. Оля положила правую ногу на ногу. Если бы наоборот, то она бы заметила, что привязана, а так девушка ничего не заподозрила. Она очень стеснялась ёрзать, боясь выдать своё состояние, да только это было бесполезно, потому что всё было написано у неё на лице: девушка сильно покраснела, на лбу выступили капельки пота, а по мучительному выражению было понятно, что ей очень нехорошо. Газам было так тесно в Олечкином кишечнике, что она вдруг, совершенно непроизвольно и неожиданно для себя пукнула. Это получилось беззвучно, но трусики тут же слегка намокли от поносной жижи в районе попы, а через секунду девушка почувствовала запах своего пука. От этого она ещё больше покраснела и готова была сгореть со стыда, в тайне надеясь, что никто не заметит: в классе было открыто окно, и дул лёгкий ветерок. Но не тут-то было. Галя, которая давно наблюдала за Олей, сразу всё поняла. На такую удачу она просто не могла рассчитывать: мало того, что новенькая привязана к стулу, так она ещё и сильно хочет в туалет. «Интересно, какое шоу нас ждёт» - подумала Галя. Она совершенно бесцеремонно, но отдадим должное, что хотя бы шёпотом, спросила Олю:

- Это ты перданула?

После такого вопроса Оля вообще почувствовала, что готова провалиться под землю. Завтра же она с мамой заберёт документы и сменит школу, а сейчас надо продержаться, надо потерпеть, осталось каких-то несчастных двадцать девять минут. А потом бегом домой в туалет. О том, чтобы покакать в школьной уборной, теперь не могло быть и речи, ведь тогда все догадаются, что это именно она испортила в классе воздух.

- Тише ты, - зашипела Оля на неё. Не мешай слушать урок.

Она не нашла ничего лучше, чем ответить Гале именно так.

И тут Оля поняла, что, наверное, она не дотерпит даже до перемены, не то, что до дома. Она чувствовала, что уже на грани обсерания, и надо прямо сейчас отпрашиваться. Из двух зол выбирают меньшее, и лучше уж отпроситься, чем обделаться здесь на глазах у всех. Но как же это сделать? Как же заставить себя поднять руку и сказать: «Разрешите мне выйти»?. А, может, просто вообще без спроса убежать и больше не возвращаться?

Оля непроизвольно подняла руку.

- Что, срать хочешь? - засмеялась Галя уже более громким шёпотом так, что её услышали Вика и Даша, которые сидели впереди. Они обернулись, но ничего не сказали.

Так стыдно Оле ещё никогда не было, и она опустила руку. А Галя уже не унималась:

- Да крикни ты громко: «Юлия Константиновна, я срать хочу» и заржала уже почти в полный голос.

- Терентьева, тебя выставить за дверь? – спросила Юлия Константиновна.

- А новенькая отвечать хочет, - засмеялась Галя. За дверь её достаточно часто выставляли, и она с удовольствием ходила курить в туалет и трепаться по телефону со своим парнем Васей, который учился в курсе ПТУ на сварщика.

- Ты действительно хочешь ответить? – спросила учительница Олю.

На Олечку смотрела почти половина класса, и тут у неё громко заурчал живот. Ей стало так дурно, что она поняла, что прямо сейчас обкакается. Понос непроизвольно снова оросил Олечкины трусики.

- Неет, яя, яяя, а можно мне выыыйти, - жалобно произнесла она, хватаясь за живот.

- Иди, конечно.

Понос уже начался, и его нельзя было остановить. Оля попытался встать, дёрнулась было по направлению к проходу, но нога-то была привязана, пусть и не крепко, и девушка преодолела всего несколько сантиметров, шаркая стулом по полу. Колготки, которыми была привязана Олечкина ножка, тут же наполовину размотались. От неожиданности девушка снова плюхнулась на стул, только и сумев простонать протяжное «ооооой». Вместо того, чтобы стрелой кинуться из класса, Олечка принялась до конца разматывать свои оковы, а её понос тем временем уже полился из трусиков, пачкая юбку и стул. Весь класс дружно начал ржать, а Галя громче всех. Наконец, девушка избавилась от этих несчастных колготок и, держась за попу и живот, выскочила из кабинета, оставив на стуле небольшой след от своего поноса.

И, может быть, девушка даже добежала до уборной, но она не знала, куда бежать, повернув направо, хотя надо было налево. Поносная жижа, без труда преодолевая трусики, текла по Олечкиным голым ляжкам, пачкая гольфы и туфли. Когда девушка, наконец, нашла туалет, то ей туда было уже не нужно, потому что всё, что так мешало ей, доставляя невыносимые мучения, Олечка извергла мощным потоком в трусики, гольфы и на ляжки.

Кабинок в туалете не было, только открытые унитазы. Оля сидела на одном из них и плакала, не зная, как жить дальше. Прозвенел звонок, и в туалет зашла Даша. Увидев Олю в таком состоянии, она начала её утешать и сказала, что она и мальчики не дадут её в обиду и разберутся с Галей.

С Галей, действительно, разобрались, подлив за завтраком ей в чай сильное слабительное. Но это уже совсем другая история.

+2

13

А есть продолжение,т.е. другая история.

0


Вы здесь » Сообщество любителей омораси » Рассказы (БД) » Рассказы Креветкина