Рассказ взят с Интернета

Сейчас, разменяв третий десяток, я вспоминаю этот случай с улыбкой, а тогда, в семь лет, мне было не до смеха.
     Главным событием в семилетнем возрасте была конечно школа. В начале восьмидесятых школа была еще десятилетней и в первый класс брали в семь лет, а не на год раньше, как сейчас. Возраст до семи официально считался детсадовским. Ну а в семь, с приходом в школу, все капитально менялось. Отношение окружающих, одежда... Больше не надо было носить детские колготки - по крайней мере мальчикам. Не говоря уже о горшке.
     В-общем, чувствовал я себя в семь лет почти взрослым. И стесняться, конечно, начал. Для мамы я иногда делал исключения, но старшей сестре уже нельзя было заходить в ванную, когда я стоял там под душем. Хотя год назад все было совсем по-другому. В детсадовском возрасте мне нравилось купаться в присутствии сестры, потому что она всегда придумывала интересные игры. 
     Моя сестра Наташа была старше меня на девять лет и соответственно училась в девятом классе. Отношения между нами в то время были довольно натянутыми. У меня даже сложилось впечатление, что я начал Наташе мешать. Ей постоянно не сиделось дома и конечно не нравилось, когда мама просила ее побыть со мной. У Наташи и ее школьных подружек всегда были другие планы, в которые я разумеется не входил.
     
     Не помню, с чего в тот день все началось. Наташа была недовольна мной с самого утра и постоянно к чему-то придиралась. Вечером недовольство моей сестры усилилось, потому что ей надо было идти на школьную дискотеку, а мама, как назло, задерживалась на работе. Одного меня дома в семилетнем возрасте еще не оставляли, вот Наташа и вынуждена была ждать маму. Что касается отца, то он тогда работал вахтовым методом на севере и его уже несколько месяцев не было дома. Зато в гараже весной должны были появиться новенькие "Жигули".
     Наконец мама позвонила домой и сказала, что выезжает. Поскольку дорога домой у нее занимала около часа, мама попросила Наташу разогреть для меня ужин. Наташа, хоть и успела нарядиться на дискотеку, принялась возиться у плиты. Разогрев ужин, она позвала меня есть.
     Мы сели за стол и я молча начал есть. С Наташей сейчас было лучше не связываться. Доев кашу с сосисками, я подвинул к себе чашку с чаем и потянулся за стоящей на краю стола банкой со смородиновым вареньем.
     Лучше бы та банка упала на пол и разбилась. Всесто этого она упала на колени сидящей за столом Наташе. Я с ужасом наблюдал, как красное варенье медленно вытекает из открытой банки на Наташины светло-бежевые штроксы.
     Тем, кто помнит начало восьмидесятых, не надо ничего объяснять. Достаточно одного слова "штроксы". Ну а остальным, кто не застал это славное время, поясню, что импортные джинсы из мелкого вельвета, именуемые штроксами, официально стоили примерно месячную зарплату инженера. Разумеется, официально и за официальную цену штроксы было купить практически невозможно, но мама умудрилась где-то их найти - так сильно Наташа их хотела. Моя сестра доставала маму по поводу штроксов чуть ли не полгода и в конце концов мама подарила их ей на день рождения.
     Полминуты Наташа сидела в шоке.
     - Что же ты наделал? - негодующе спросила меня сестра, когда к ней вернулся дар речи, - В чем я теперь на дискотеку пойду?
     Я сжался от испуга, потому что Наташин тон не предвещал ничего хорошего.
     - Я не специально, - сказал я, чувствуя, что на глаза наворачиваются слезы.
     Наташа начала меня обидно отчитывать. Несколько минут я молча слушал ее гневную речь о том, что ей не в чем идти на дискотеку.
     - Надоели мне твои выходки, - завершила свою речь Наташа, - Сейчас спущу штаны и отлуплю ремнем по голой попе.
     Я подумал, что Наташа меня просто пугает, но она потащила меня за руку из кухни в зал. Заметив, что моя сестра расстегивает на ходу ремень, я окончательно поверил в ее угрозу. Изловчившись, я вырвался и побежал по коридору. Первой была дверь в туалет. Я скользнул вовнутрь и заперся на защелку. В следующую секунду в туалет начала ломиться Наташа.
     - Сейчас же открой! - услышал я ее гневный голос за дверью.
     Наташа принялась дергать дверь, но та не поддавалась.
     - Я, между прочим, как раз собиралась в туалет, - сказала Наташа, - А ну быстро выходи оттуда!
     Несколько минут Наташа уговаривала меня выйти из туалета.
     - Ну почему этот несносный мальчишка именно сейчас закрылся в туалете? - донеслось до меня, - Я уже не могу терпеть.
     Наташа выключила мне свет.
     - Пусть сидит в темноте, - сказала она, - А когда выйдет, я ему такое устрою.
     Я услышал, как хлопнула входная дверь. Судя по наступившей тишине, Наташа куда-то ушла.
     Подождав для верности пару минут, я уже собрался выйти из туалета, когда услышал, как кто-то вошел в квартиру. Подумав, что это вернулась Наташа, я начал настороженно прислушиваться к звукам за дверью.
     - Нет что-ли никого дома? - услышал я удивленный мамин голос, - Куда они все запропастились?
     У меня вырвался вздох облегчения. Теперь, когда вернулась мама, Наташа ничего не могла мне сделать. Я вышел из туалета и поздоровался с мамой, стараясь не показывать виду, что что-то произошло.
     Через пять минут в квартиру вернулась Наташа и сразу начала жаловаться на меня маме.
     - Не переживай, отстираем твои штроксы, - улыбнулась мама, - А сейчас конечно придется одеть что-нибудь другое.
     - Это еще не все, - не унималась Наташа, - Представляешь, заперся от меня в туалете, а я как раз туда собиралась. Пришлось идти к соседке и объяснять ситуацию. Мне было так стыдно проситься в ее туалет.
     - Бедная, - засмеялась мама.
     Бросив на меня сердитый взгляд, Наташа незаметно для мамы показала мне кулак.
     - Сейчас переоденусь и пойду, - сказала она, - Только надо позвонить Ольке и сказать, что я задерживаюсь.
     Я ушел в свою комнату. Принявшись за домашнее задание, я вполуха слушал телефоннный разговор Наташи с подругой. Разумеется, моя сестра и ей на меня пожаловалась.
     - Ну ничего, я ему отомщу, - сказала Наташа перед тем, как положить трубку, - Я уже придумала как.
     
     Прошла неделя и я совсем забыл о стычке с сестрой из-за опрокинутой банки варенья. Наташа, казалось, тоже обо всем забыла.
     Я сидел и смотрел телевизор, когда раздался звонок в дверь. Судя по доносившимся из прихожей голосам к моей сестре пришли школьные подружки. Голос Наташиной одноклассницы Оли я узнал сразу. Но второй голос был абсолютно незнакомым, а главное, звучал намного моложе Олиного. Я прислушался к разговору в прихожей и вскоре понял, что Оля привела с собой двоюродную сестру.
     - Так ты, Ксюша, учишься в нашей школе? - спросила Наташа, - Я тебя вроде там видела.
     - Ага, в той же школе - подтвердила Олина двоюродная сестра, - В шестом классе.
     Наташа пригласила девушек в зал. Машинально со мной поздоровавшись, Оля с Ксюшей уселись на диван и принялись болтать с Наташей о чем-то своем. Они не обращали на меня ни малейшего внимания, как будто меня не существовало.
     Прислушавшись, я понял, что девушки обсуждают родившегося полгода назад Олиного племянника
     - Наверное столько возни с мокрыми подгузниками? - вздохнула Наташа.
     - Сейчас стало полегче, - ответила Оля, - Света несколько раз в день держит Андрюшу над тазиком, чтобы он делал туда свои детские дела.
     - А как она определяет, что малышу пора сходить по-маленькому или по-большому? - поинтересовалась Наташа.
     - Какает Андрюша обычно всегда в одно время, - объяснила Оля, - Минут через пятнадцать после еды. А определить, хочет ли ребенок по-маленькому, вообще просто. По крайней мере у мальчиков.
     - И как это, интересно, определяют? - с улыбкой спросила Наташа.
     - У мальчиков слегка надувается писулька, если хотят по-маленькому, - ответила Оля, - Светка мне однажды показала, как это происходит. Представляешь, через пару секунд Андрюша и вправду пустил струйку. Я так смеялась.
     - Так для этого ребенка нужно постоянно держать голеньким, - заметила Ксюша, - Чтобы наблюдать, что у него происходит с писулькой.
     - У Светки свое чутье на эти дела, - засмеялась Оля, - Она очень редко ошибается. Обычно, когда она Андрюшу раздевает, чтобы подержать над тазиком, у него писулька уже в полной готовности.
     Девушки дружно засмеялись.
     - И что? - спросила Наташа, - Просто раздевает догола, поднимает над тазиком и ждет? У меня бы руки устали.
     - Обычно не надо долго ждать, - улыбнулась Оля, - Ну а если у малыша никак не получается, всегда есть способы ему помочь.
     - Какие способы? - спросила Ксюша, - К примеру, чтобы сходил по-большому.
     - Чтобы покакал, достаточно подразнить малышу дырочку в попе, - объяснила Оля, - Света это обычно делает кончиком термометра. Только мажет она термометр не вазелином, а шампунем.
     - А как заставить ребенка сходить по-маленькому? - поинтересовалась Наташа.
     - Это совсем просто, - улыбнулась Оля, - Надо просто легонько пощекотать.
     - Как пощекотать? - непонимающе посмотрела на подругу Наташа, - В каком-то определенном месте?
     - Не знаешь, где у мальчиков самое щекотное место? - засмеялась Оля.
     - Яички? - улыбнулась Наташа.
     - Ага, - кивнула Оля, - Хотя в-принципе все равно где щекотать.
     - Так интересно, - протянула Ксюша.
     - Щекотка заставляет малыша расслабиться и пустить струйку, - пояснила Оля.
     - Никогда бы до этого не додумалась, - засмеялась Наташа, - Кто это, интересно, вас со Светой всему этому научил?
     - В-основном наша медсестра из детской поликлиники, - сказала Оля, - Она нам каждый раз показывает что-то новенькое, когда приходит осматривать Андрюшу.
     - Ты, Олька, уже наверное экспертом во всех детских делах стала, - усмехнулась Наташа.
     - Я за последние пять месяцев в самом деле многому научилась, - сказала Оля, - Я Свете во всем помогаю. Кормлю малыша из бутылочки, подмываю, пеленаю. Даже пару раз купала.
     После обсуждения Олиного маленького племянника девушки принялись разговаривать об одежде.
     - Ну что, отстирались твои штроксы? - спросила Оля.
     - Мама как-то отстирала, - ответила Наташа, - До сих пор не могу забыть, что Саша мне неделю назад устроил.
     - Что он тебе устроил? - поинтересовалась Ксюша.
     - Сначала он облил мои штроксы вареньем, - сказала Наташа, - А потом убежал в туалет и заперся там чуть ли не на полчаса.
     Наташа начала заново пересказывать Оле с Ксюшей, как я заперся от нее в туалете.
     - А помнишь, ты мне тогда по телефону сказала, что обязательно накажешь мальчишку? - улыбнулась Оля.
     Наташа наклонилась к Оле и полминуты что-то шептала ей на ухо, после чего девушки оглушительно расхохотались.
     - Так вот какой у тебя план! - сказала смеющаяся Оля, бросив на меня быстрый взгляд.
     Сидящая рядом с Олей Ксюша обиженно надула губки, потому что ее не посвятили в детали.
     - Я тебе потом расскажу, - с улыбкой сказала Оля двоюродной сестре.
     Чувствуя, что не могу больше терпеть сильный позыв по-маленькому, я встал с кресла и направился в туалет. Наташа тоже встала с дивана и зачем-то увязалась за мной.
     Дойдя до туалета, я потянул на себя дверь, но она почему-то не открывалась. Я с удивлением посмотрел на стоящую рядом Наташу и неожиданно заметил, что она поставила под дверь ногу.
     - Ты чего? - удивленно спросил я Наташу, - Дай мне открыть дверь. Я хочу в туалет.
     - А ты вспомни, что было неделю назад, - сказала Наташа, - Я тогда тоже в туалет хотела.

Наташа принялась отчитывать меня за то, что я закрылся от нее в туалете.
     - Я еле до соседей добежала, - сказала она, - А потом пришлось им объяснять, что мне надо. Знаешь, как было стыдно проситься у чужих людей в туалет.
     Я молча слушал Наташу, не зная сколько еще смогу терпеть сильный позыв.
     - Вот я и решила отплатить тебе той же монетой, - сообщила мне Наташа, - Только мы сейчас сделаем по другому.
     Неожиданно вспомнив, как моя сестра только что перешептывалась со своей подругой, я догадался, что она затеяла что-то нехорошее. 
     - Запираться в туалете, как ты, я не собираюсь, - сказала Наташа, - Я просто запрещаю тебе им пользоваться.
     Я дернул за дверную ручку, но дверь не поддавалась.
     - Ты что, не слышал, что я сказала? - повысила голос Наташа, - С этого момента, Саша, туалета для тебя не существует. До самого вечера, пока не придет мама.
     Наташа насильно убрала мои пальцы с дверной ручки.
     - Я нашла на антресоли твой детский горшок - с улыбкой продолжила она, - Будешь сегодня все делать как маленький. И только попробуй меня ослушаться! Если увижу, что пошел в туалет, спущу штаны и отшлепаю по голой попе!
     Я снова схватил дверную ручку и изо всех сил дернул дверь. Наташа навалилась на дверь плечом, не давая мне ее открыть. Между нами завязалась борьба. Шестнадцатилетняя девушка конечно была сильнее. Она сгребла меня в охапку и понесла в мою комнату. Выбежавшие из зала на шум Оля с Ксюшей последовали за нами.
     - Я тебя научу слушаться! - заявила Наташа, повалив меня на кровать.
     Я попытался встать, но сестра меня крепко держала.
     - Можешь сходить в мою комнату, Оля? - попросила Наташа подругу, - Там должен стоять под столом детский горшок.
     - Сейчас принесу, - сказала Оля, стараясь сохранить серьезное лицо, хотя сама еле сдерживалась от смеха.
     Я из последних сил терпел острый позыв, не зная, сколько еще смогу продержаться.
     - Вот этот горшок? - улыбнулась Оля, вернувшись в комнату с голубым эмалированным горшком.
     - Ага, он самый, - кивнула Наташа, - Поставь туда, на ковер. Когда Саша был маленьким, мы обычно ставили горшок в центре комнаты, потому что Саше нравилось всем демонстрировать, как он умеет пускать струйку.
     Девушки засмеялись, заставив меня покраснеть.
     - Отпусти, - попросил я сестру, еле сдерживаясь, чтобы не заплакать, - Я очень сильно хочу в туалет.
     - Я тебе уже сказала, - отрезала Наташа, - Никакого туалета до прихода мамы!
     Заметив, как Оля с Ксюшей тихонько хихикают, я смутился еще больше.
     - Кстати, кто-то забыл, как надо проситься на горшок, - с улыбкой заметила Наташа, - Надо говорить "хочу писать" или "хочу какать". Давай, Саша! Попросись, как положено. И тогда я спущу тебе штанишки и посажу на горшок.
     - Смотрите, как покраснел, - засмеялась Ксюша.
     - И потом, когда сделаешь все свои дела, снова меня позовешь, - продолжила Наташа, - Особенно если сходил по-большому. Потому что кто-то должен вытереть тебе мокрой тряпочкой грязную попу.
     Девушки снова засмеялись.
     - Так что, Саша? - выжидающе посмотрела на меня Наташа, - Будешь проситься на горшок?
     Я смущенно молчал, отказываясь верить, что Наташа действительно хочет заставить меня ходить на горшок, еще и у всех на виду.
     - Ты будешь проситься на горшок или нет? - повысила голос Наташа, - Что, так и собираешься тут лежать?
     Неожиданно Наташа схватила мои лодыжки и сняла мне тапочки.
     - Что ваша детская медсестра советовала, чтобы заставить малыша сходить по-маленькому? - со смехом спросила Наташа Олю, - Просто пощекотать? Сейчас Саша у меня быстро на горшок попросится.
     Наташа принялась щекотать мне ступни. Я начал извиваться на кровати в тщетной попытке вырваться из рук сестры-девятиклассницы.
     - Ну ты даешь! - засмеялась Оля и вслед за ней Ксюша.
     Не в силах больше бороться с нестерпимым позывом, я пустил в трусы горячую струю.
     - Ой, Наташа! - первой заметила Ксюша, - Твой Саша кажется описался.
     - Действительно, появилось мокрое пятно между ног, - с улыбкой подтвердила Оля.
     Наташа оглянулась и начала рассматривать меня между ног. Я продолжал вовсю писать, не зная куда деться от смущения.
     - Быстрее вставай с кровати! - крикнула мне Наташа, словно очнувшись от шока
     Сестра дернула меня за руку, заставив встать.
     - Ай-яй-яй, - покачала головой Наташа, - Только посмотрите, что наделал. Пододеяльник с одеялом точно стирать придется. Наверное и простыню тоже.
     Полминуты стояло молчание.
     - Почему ты, Саша, всегда такой упрямый? - раздраженно спросила меня Наташа, - Я просто хотела, чтобы ты попросился на горшок. Что, так трудно это было сделать? Терпел до последнего, пока не описался!
     Оля с Ксюшей молчали, но было заметно, что девушки еле сдерживаются, чтобы не расхохотаться.
     - Ну все! - заявила Наташа, - Раз ты писаешь в штанишки, как маленький, ничего не остается, как до прихода мамы обращаться с тобой, как с ясельным малышом.
     - А сейчас ты что с мальчишкой собираешься делать? - поинтерсовалась Оля.
     - Как что! Отведу в ванную и искупаю, - сказала Наташа.
     
     Наташа взяла меня за руку и повела в ванную. В другой ситуации я начал бы сопротивляться, но сейчас я был в таком шоке от случившегося, что послушно последовал за старшей сестрой. Я даже не обратил внимания, что за нами увязались Оля с Ксюшей.
     В ванной Наташа сразу открыла кран, чтобы наполнить ванну. Я недоумевал, почему она оставила дверь открытой. Оля с Ксюшей стояли в дверном проеме и о чем-то со смехом перешептывались.
     - Становись сюда, - сказала мне Наташа, показав на коврик у ванны.
     Я встал на коврик и Наташа начала меня раздевать. Было очень обидно, что она раздевает меня, как маленького, но я спокойно дал Наташе снять свои мокрые джинсы. Вслед за джинсами Наташа взялась за мои трусы и тут я занервничал всерьез.
     - Это еще что такое? - строго спросила Наташа, - А ну-ка быстро убрал оттуда руки!
     Наташа насильно убрала мои руки, которыми я вцепился в трусы, и рывком стянула их мне до колен. Наблюдающие за происходящим из-за двери Оля с Ксюшей тихонько захихикали. Мне хотелось провалиться под землю от смущения.
     - Какие мы стеснительные! - засмеялась Наташа, освобождая мои ноги от трусов, - Это ты, Саша, меня стесняешься? Или Олю с Ксюшей?
     Густо покраснев, я потянул вниз майку, чтобы прикрыться между ног.
     - Оставь майку в покое! - строго сказала мне Наташа, - Нечего ее растягивать. И ладошками тоже не надо прикрываться. Маленькие дети не должны стесняться стоять голышом.
     - Я не маленький! - обиженно возразил я.
     - Не маленький? - язвительно улыбнулась Наташа, - А кто пять минут назад описался у всех на виду? Только малыши мочат штанишки.
     Наташа сняла с меня через голову майку, оставив совсем голышом.
     - Заходите сюда, девчонки! - позвала она стоящих снаружи Олю с Ксюшей, - Сейчас я поставлю Сашу в ванну и тут будет достаточно места для всех. Разве вы не хотите посмотреть, как я купаю мальчишку?
     - Конечно хотим, - улыбнулась Ксюша, заходя в ванную.
     - А я пока постою здесь, - сказала Оля, прислонившись к дверному косяку, - Мне и отсюда все хорошо видно.
     Заметив, что Ксюша уставилась мне между ног, я покраснел и прикрылся ладонями.
     - Кому сказала не прикрываться! - строго сказала Наташа, насильно убирая мои руки.
     - Так стесняется! - засмеялась Ксюша.
     - Как же мне тебя сейчас купать, если ты стесняешься стоять голеньким? - спросила Наташа, - Маленький ребенок не должен стесняться взрослых.
     - А они смотрят, - обиженно сказал я, показав на Ксюшу с Олей.
     - Ну и что? - улыбнулась Наташа, - Когда купают малышей, все могут смотреть.
     - Как будто мы с Ксюшей не видели маленьких мальчиков голышом, - засмеялась Оля.
     - Не говоря уже обо мне, - усмехнулась Наташа, - Когда Саша был маленьким, я его очень часто купала, потому что у мамы не было времени.
     Стоя перед девушками голышом, я не знал куда деться от смущения. Сделав еще одну попытку прикрыться, я получил от Наташи больный шлепок по попе.
     - Такой хорошенький, когда стоит голышом, - улыбнулась Ксюша, - Совсем, как двухлетний.
     - Я, кстати, помню Сашу двухлетним, - засмеялась Наташа, - Точно так же мочил штанишки.
     Наташа принялась рассказывать подругам, как она возилась со мной, когда я был маленьким. Весь красный от смущения, я вынужден был слушать ее воспоминания о мокрых штанишках и безуспешных попытках приучить меня к горшку. Наконец набралась ванна и Наташа скомандовала мне туда залезать. Я послушно уселся в ванне.
     - Присмотрите пока за карапузом, девчонки, - попросила Наташа подруг и вышла из ванной.
     Мне было обидно, что сестра назвала меня карапузом, но я промолчал.
     - Просто не могу смотреть на голенького карапуза без улыбки, - захихикала Ксюша.
     - И вправду смешно, - согласилась Оля, - Наташка купает семилетнего мальчишку, как малыша.
     Я почувствовал, что снова краснею. Девушки продолжали меня обидно обсуждать еще несколько минут, пока в ванную не вернулась Наташа.
     - А что я Саше принесла! - засмеялась она, бросив мне в ванну десяток разноцветных игрушек.
     Посмотрев на плавающих в воде уточек, рыбок и бегемотиков, я чуть не заплакал от обиды, что Наташа принесла мне примитивные игрушки для ясельных малышей.
     - Смотри, Саша, - улыбнулась Наташа, вынув из воды одну из уточек, - Это твоя любимая уточка.
     Девушки дружно засмеялись.
     - Что сидишь такой обиженный? - спросила меня Наташа, - Это же твои любимые игрушки. В три года они все тебе так нравились. Хотя сейчас уже наверное всё забыл.
     Наташа присела на край ванны и начала выстраивать уточек в ряд.
     - Знаешь как уточки плавают? - ласково спросила она меня, - Вот так. Сначала большая утка - мама. А за ней малыши. Плывут уточки, покачиваются на воде. И куда же они плывут? Они решили сделать круг вокруг Саши.
     - Смотри, Олька, как мальчишка начал улыбаться, - неожиданно сказала Ксюша, - Когда Наташка принялась с ним играться.
     - Всем детям нравится купаться, - заметила Наташа, - Почему Саша должен быть исключением? Когда он был помладше, его вообще было из воды не вытащить.
     - А нашему Андрюше как нравится! - добавила Оля, - Он всегда так капризничает, когда Света вынимает его из ванночки.
     Странно, но мне действительно нравилось нежиться в теплой воде. С этой теплотой нахлынули приятные воспоминания о том, как Наташа играла со мной во время купания. Прошла уже наверное целая вечность, с тех пор как меня последний раз так купали.
     - А кто это потянулся вслед за уточками? - ласково продолжила Наташа, - Это рыбки. Но неожиданно поднялся шторм...
     Наташа засунула руку в воду и начала создавать волны. Я широко улыбнулся, наблюдая за игрушками, которые разбросало "штормом" во все стороны. Неожиданно вспомнив, что мне семь лет, я обиженно нахмурился. Все эти игры были для ясельных малышей, а не для меня.
     - Вставай, Саша, - сказала мне Наташа, - Сейчас буду тебя мыть.
     Наташа потянула меня за руку, заставив встать. Я наблюдал, как она намыливает губку.
     - Сначала помоем вот эту ручку, - улыбнулась Наташа, намыливая мою левую руку, - А теперь вторую.
Вслед за руками Наташа намылила мне грудь и живот. Я начал нервничать, когда губка в ее руке спустилась ниже пупка, но Наташа неожиданно прекратила меня там мыть.
     - А теперь займемся Сашиной спинкой и попой, - объявила Наташа и начала тереть мне спину.
     Наташина губка спускалась все ниже и ниже. Почувствовав, что она собирается залезть ей между ягодиц, я изо всех сил сжал попу. 
     - Ну что сжал свои половинки? - усмехнулась Наташа, - Должна же я помыть тебе попу.
     Наташа сделала вторую попытку залезть мне в попу намыленной губкой.
     - Не дает мыть себе попу, - вздохнула она.
     - Не знаю, как семилетних, а малышей этими губками мыть очень неудобно, - заметила Оля, - Особенно мальчиков. У них же между ножек столько мелких приборчиков, а губка никуда не пролезает.
     - Ты права, - согласилась Наташа, - Когда Саша был маленьким, мы с мамой мыли его между ножек мягкой тряпочкой.
     - А Света Андрюшу моет просто голыми руками, - сказала Оля, - Без тряпочек и губок.
     - Может и мне сейчас так попробовать? - улыбнулась Наташа.
     Бросив губку в ванну, Наташа начала намыливать себе ладонь.
     - Ножки в стороны! - скомандовала мне сестра и сама насильно раздвинула мне ноги, - А теперь чуть-чуть присядем.
     Наташа сильно надавила мне на плечо, заставив присесть. В следующее мгновение ее намыленная ладонь оказалась у меня в попе. Посвятив чуть ли не целую минуту моей попе, Наташа повернула меня к себе лицом и начала мыть спереди. Я поежился от неприятной щекотки, когда ее пальцы коснулись моего лобка.
     - Так, ладонью, мне даже больше нравится, - заметила Наташа, - Сейчас мы нашего малыша хорошенечко везде помоем.
     Я обиженно хмыкнул, услышав, что меня назвали малышом.
     - Ой, а что я тут нашла, - неожиданно засмеялась Наташа, - Чей это маленький писюнчик?
     Почувствовав, как чужие пальцы приподняли мне письку, я густо покраснел от смущения.
     - Такой забавный маленький хоботок! - захихикала Ксюша.
     - Кому моют тоненький писюнчик? - ласково улыбнулась Наташа, намыливая мне письку, - Вот так, со всех сторон.
     - Медсестра нам во время последнего визита сказала, что под кожицей тоже обязательно надо мыть, - заметила Оля, - Даже малышам.
     - Мама как-то попыталась это сделать, когда Саша был помладше, - вздохнула Наташа, - Только у него тогда кожица совсем не оттягивалась. Интересно, как сейчас.
     Неожиданное прикосновение к самому кончику письки заставило меня взрогнуть. Ощущение было таким болезненно острым, что мне сразу сильно захотелось писать.
     - Даже наполовину не оттягивается, - заметила Оля, - Обязательно сводите Сашу к врачу. В семь лет все уже должно легко открываться.
     - Надо будет сказать маме, - решила Наташа, - Пусть сходит с Сашей в детскую поликлинику.
     Наташа намылила свою ладонь и залезла ей мне между ног. Почувствовав, как чужие пальцы трогают мои яички, я загарцевал на месте от нестерпимой щекотки.
     - Какой смешной карапуз! - засмеялась Ксюша, - Так боится щекотки.
     - Ничего, потерпит! - улыбнулась Наташа, - Должна же я его как следует помыть между ножек.
     - Особенно за яичками, - подсказала Оля, - Там у мальчиков обычно самое грязное место.
     Помучив меня щекоткой еще минуту, Наташа снова взяла в руки губку и намылила мне одну за другой ноги.
     - Голову мыть не буду, - решила она и взяла в руки душ.
     Включив душ, Наташа пару минут поливала меня горячей водой, чтобы смыть мыло.
     - Всё! - сказала моя сестра, закончив поливать меня из душа, - Вылезай из ванны. Где там твоё полотенце?
     Я вылез из ванны и Наташа закутала меня в большое махровое полотенце.
     - И почему ванные делают такими маленькими? - пожаловалась Наташа, - Тут даже вдвоем тесно было. А теперь, когда Саша вылез из ванны, вообще не развернуться.
     - Давай я выйду, - предложила Ксюша и вышла из ванной.
     - Все равно тесно, - вздохнула Наташа.
     - Света тоже на это постоянно жалуется, - добавила Оля, - Она любит купать Андрюшу на кухне, а не в ванной. Во первых, там больше места, а во вторых, ребенка на столе удобнее вытирать.
     - На столе с любым ребенком возиться удобнее, - согласилась Наташа, - Даже с семилетним, как Саша. Не надо нагибаться.
     - Так пошли на кухню, - предложила Ксюша.
     - На кухонный стол ставить не хочу, - сказала Наташа, - Лучше разложу в зале стол-книгу.
     - А у нас стол-книга постоянно разложен, - сообщила Оля, - Света превратила его в пеленальный стол. Застелила ватным одеялом и клеенкой.
     - У меня тоже ватное одеяло с клеенкой найдутся, - улыбнулась Наташа, - Сейчас соорудим для Саши самый настоящий пеленальный стол.
     - Ты что, серьезно? - со смехом спросила Оля.
     - Абсолютно серьезно, - потвердила свои намерения Наташа, - Мне Сашу будет намного удобнее на столе вытирать.
     
     Наташа вышла из ванной, оставив меня под присмотром Оли с Ксюшей. Через несколько минут она позвала всех в зал. Путаясь в концах длинного полотенца, я поплелся по коридору вслед за девушками.
     - Иди сюда, - поманила меня пальцем стоящая у стола Наташа, когда все зашли в комнату.
     Я подошел к сестре и она не без труда посадила меня на стол. Я ожидал, что Наташа попросит меня встать, но она уложила меня на спину и принялась вытирать концами полотенца.
     - Чего это ты решила вытирать мальчишку лежа, как маленького? - с улыбкой поинтересовалась Оля.
     - Так удобнее, - ответила Наташа.
     Я чуть не плакал от обиды, что Наташа вытирает меня, как малыша, еще и на виду у Оли с Ксюшей.
     - Вот так хорошенечко вытрем Саше ножки, - ласково сказала Наташа, - А тепрь поднимем их вверх и вытрем попу.
     Наташа одним рывком задрала вверх мои ноги.
     - Надо вытереть между ягодичками, - улыбнулась она, - Вот так, одним уголком полотенца.
     - Как твой Саша боится щекотки! - со смехом сказала Ксюша Наташе, - Только посмотри, как он начал ерзать на полотенце, когда ты принялась вытирать ему мошонку.
     - Наш пятимесячный Андрюша точно так же дрыгает ножками, когда ему протирают яички во время подмывания, - засмеялась Оля, - Наверное все мальчики так реагируют на щекотку.
     - Значит мошонка у мальчиков - это самое щекотное место? - спросила Ксюша.
     - Ага, - с улыбкой подтвердила Оля, - А еще я заметила, что Андрюша не любит, когда его трогают за яичками.
     - Вот тут? - со смехом спросила Наташа, принявшись перебирать пальцами у меня за яичками.
     - Чуть-чуть пониже, - подсказала Оля, - Ага, вот там. Видишь, как карапуз сразу начал дрыгать ножками и вырываться.
     - Я вам не карапуз! - заявил я.
     Было так обидно, что Наташа бесцеремонно трогает меня между ног, где хочет.
     - Ой, а нас детская медсестра недавно такому научила! - неожиданно вспомнила Оля, - Сейчас я вам, девчонки, покажу.
     Оля протиснулась поближе к пеленальному столу и я снова почувствовал, как чужие пальцы щекочут мне яички. Эти новые пальцы были заметно холоднее Наташиных.
     - Видишь, как у мальчишки втягиваются вовнутрь яички? - с улыбкой пояснила Оля, - Это у мальчиков такой рефлекс. Медсестра сказала, что его надо регулярно проверять.
     - Щекотать яички и смотреть, что с ними происходит? - спросила Наташа и все снова засмеялись.
     Еще раз вытерев мне попу, Наташа опустила мои ноги вниз.
     - Так смешно наблюдать, как ты возишься с семилетним мальчишкой, как с грудным, - улыбнулась Оля, - Может ты его и детским кремом собираешься помазать?
     - Я как раз об этом подумала, - улыбнулась Наташа, - Только откуда у меня детский крем.
     - У меня есть, - сообщила Оля, - Света попросила сходить в аптеку и купить разных лекарств и детских принадлнежностей.
     - Можешь принести? - оживилась Наташа.
     - Хорошо, - согласилась Оля, - Только ты весь тюбик на своего мальчишку не трать, ладно?
     - Я, если честно, собиралась тебе попросить помазать Сашу, - сказала Наташа, - У тебя в этом деле больше опыта.
     - Хорошо, Наташа, - с улыбкой согласилась Оля, - Сейчас помажу твое голенькое семилетнее чудо детским кремом.
     Оля принесла свою сумку и вынула оттуда голубой тюбик.
     - Смотри и запоминай! - сказала она Наташе, откручивая крышку тюбика.
     Я с опаской наблюдал, как Оля выдавила белый крем на кончики пальцев.
     - Начнем вот отсюда, - улыбнулась она, щекотно прикоснувшись к моему лобку холодными пальцами, - Хорошенечко везде помажем. Особенно складочки.
     - Тебе не мешает, что Саша так ерзает? - спросила Наташа.
     - Немножко мешает, - согласилась Оля, - Будет лучше, если ты подержишь ребенка.
     - Как? - спросила Наташа.
     - Просто вытяни за ручки и ножки, - попросила Оля.
     Наташа вытянула меня за руки и ноги, как ее просила подруга. Лишенный возможности двигаться, я еле сдерживался, чтобы не зареветь от своей беспомощности.
     - Займешься Сашиным маленьким писюнчиком? - со смехом поинтересовалась у Оли Ксюша.
     - Письку мальчикам обычно не мажут, - пояснила Оля, - Просто обводят вокруг одним пальцем. Вот так.
     Я попытался вырваться, но Наташа крепко меня держала.
     - А теперь, когда помазали спереди, задираем ножки вверх, - пояснила Оля, рывком задрав вверх мои ноги, - Вот так, до отказа. Чтобы коленки были прижаты к груди. Нужно, чтобы малыш полностью разжал ягодички.
     Оля выдавила на палец немного белого крема.
     - Начинаем всегда с попы, - продолжила объяснять она, - Сначала надо просто хорошенько помазать ребенку между ягодичками.
     Чужая ладонь щекотно заскользила вверх-вниз между моими половинками.
     - Можно пропихнуть немножко крема в дырочку, - улыбнулась Оля, ткнув пальцем в мою чувствительную дырочку, - Вот так. Будет лучше какать.
     Неожиданно я громко пукнул.
     - Похоже, это случится прямо сейчас, - засмеялась Наташа и вслед за ней остальные девушки.
     - После попы надо тщательно помазать кремом внутреннюю сторону бедер, - пояснила Оля, выдавливая щедрую порцию крема себе на ладонь, - Вот так. А теперь займемся вот этим маленьким мешочком.
     Неожиданное прикосновение холодных пальцев к мошонке заставило меня вздрогнуть.
     - Вот так, - приговаривала Оля, щекотно трогая мне яички, - Обмажем со всех сторон Сашин розовый мешочек. Особенно тщательно вот тут, за яичками.
     Я почувствовал, что покрываюсь гусиной кожей от нестерпимой щекотки.
     - Так забавно наблюдать, как ты возишься с голеньким мальчишкой, - засмеялась Наташа.
     - И не говори! - согласилась Ксюша, - В первый раз вижу как семилетнего ребенка мажут между ножек детским кремом.
     Помучив меня еще полминуты, Оля наконец опустила мои ноги вниз.
     - Надо оставить карапуза полежать голеньким минуту-две, - сказала Оля, - Чтобы впитался крем.