Вынужденный лежать перед всеми голышом, я не знал куда деться от смущения.
     - Пора одевать, - сказала Наташа, посмотрев на часы, - Только не знаю во что.
     - Как это не знаешь? - удивилась Оля.
     - Ну Саша же у нас описался, как ясельный карапуз, - с улыбкой объяснила Наташа, - Поэтому и одежда у него сейчас должна быть соответствующей. 
     - Хочешь одеть, как ясельного? - засмеялась Ксюша.
     - Ага, - кивнула Наташа, - В наказание за мокрые штанишки.
     - А что дети в яслях обычно носят? - поинтересовалась Ксюша.
     - Ползунки или колготки, - ответила Наташа, - Только у меня ничего этого конечно нет. Последний раз Саша носил колготки года два назад. Они на него сейчас вряд ли налезут.
     - Не хочу колготки! - запротестовал я, чуть не плача от обиды, - Хочу свою одежду.
     - Тем, кто писает в штанишки, взрослой одежды не положено! - отрезала Наташа.
     - Может тебе мальчишку просто запеленать? - со смехом предложила Ксюша, - Раз не знаешь, во что одеть.
     - Классная идея! - оживилась Наташа, - Так будет лучше всего.
     - Ну ты даешь! - улыбнулась Оля, - Серьезно собралась пеленать семилетнего мальчишку?
     - Почему бы и нет, - засмеялась Наташа, - Только надо придумать, что в качестве пеленок использовать. Наверное пару простынок.
     - Тебе еще понадобится большой кусок марли, - добавила Оля, - Чтобы сложить из него подгузник. Ты же собираешься пеленать ребенка по всем правилам, да?
     - Конечно по всем правилам, - сказала Наташа, - Как пеленают грудных детей.
     Наташа вышла из комнаты и через пару минут вернулась со стопкой белья.
     - Я уже, если честно, забыла, как пеленают малышей, - растерянно улыбнулась она, - Столько времени прошло, как Саша был маленький.
     - Придется мне тебе подсказывать, как все делать, - вздохнула Оля.
     - Спасибо, Олька, - поблагодарила подругу Наташа.
     Наташа развернула первую простыню и нерешительно посмотрела на Олю.
     - Сложи вдвое и постели посередине стола, - подсказала Оля, - Потом точно так же со второй пеленкой.
     Подвинув меня в сторону, Наташа постелила посередине стола две простынки.
     - Теперь сложи из марли большой треугольник, - попросила Оля, - Ага, вот такой. Мальчикам нужно складывать подгузники потолще. Знаешь, как мальчишки много писают.
     - Особенно Саша, - добавила Ксюша, - Мы недавно видели, как он умудрился описаться.
     Девушки засмелись, вогнав меня в краску.
     - Чего ты ждешь, Наташка? - улыбнулась Оля, - Укладывай ребенка на пеленки.
     Наташа не без труда переместила меня на столе, уложив на пеленки с подгузником.
     - Ага, вот так: попой на подгузник, - одобрительно кивнула Оля, - Чтобы нижний конец был ровно между ножек, а два других где-то на уровне пупка.
     Неожиданно осознав, что меня и вправду сейчас запеленают, как малыша, я громко заревел.
     - Не хочуу! - кричал я, - Где моя одежда?
     - А ну-ка быстро успокоился! - повысила голос Наташа, - Если не хочешь, чтобы я тебя пеленала, могу оставить вот так голышом.
     Напоминание о том, что я лежу перед всеми голышом заставило меня покраснеть.
     - Теперь проведи нижний конец подгузника между ножек и прикрой ребенку животик, - продолжила Оля, - Проверь писульку. Она у мальчиков обычно задирается под подгузником вверх, а нужно, чтобы была направлена вниз.
     Наташа залезла рукой под подгузник и поправила мне письку. Мне хотелось провалиться под землю от смущения.
     - Накрой средний конец подгузника боковыми концами и можешь заворачивать карапуза в пеленки, - сказала Оля.
     - Запеленаю Сашу потуже, - решила Наташа.
     Оля продолжала подсказывать моей сестре, что делать, пока Наташа меня полность не запеленала. Почувствовав, что не могу пошевелить ни руками, ни ногами, я чуть не заплакал от полной беспомощности.
     - Какой ляля! - засмеялась Ксюша, показывая на меня пальцем.
     - Такой хорошенький, - согласилась Наташа, любуясь на свою работу, - Совсем как грудной ребенок. Только соски не хватает.
     - У меня есть, - улыбнулась Оля и начала рыться в своей сумке.
     - Что, сестра попросила купить в аптеке? - ехидно спросила Наташа.
     - Ага, купила там для Андрюши две соски, - подтвердила Оля, - Только сейчас никак не могу найти.
     Оля высыпала содержимое своей сумки на стол.
     - Ой, сколько ты всего накупила, - улыбнулась Наташа, - Детскую бутылочку, погремушку... А что вот в этой коробочке?
     - Детские слабительные свечки, - ответила Оля, - Света тоже просила купить.
     Наташе взяла у Оли голубую соску-пустышку и всунула ее мне в рот.
     - Саша с этой соской такой смешной! - захихикала Ксюша.
     Я с отвращением выплюнул соску.
     - Это еще что такое? - повысила голос Наташа, - Будешь держать соску во рту, пока я не выниму. И только попробуй выплюнуть. До вечера оставлю в пеленках!
     Напуганный Наташиным решительным тоном, я послушно дал снова всунуть себе в рот соску.
     - Уже забыл, что надо с соской делать? - не унималась Наташа, - Ее нужно сосать. Ага, вот так, с причмокиванием.
     Девушки дружно засмеялись.
     - С соской совсем другое дело! - сказала Ксюша.
     - Теперь точно как наш Андрюша в три месяца, - с улыбкой заметила Оля, - Только мы еще одевали ему чепчик, когда пеленали.
     - А у Саши вместо чепчика была косынка, - вспомнила Наташа, - Сейчас поищу. Я ее где-то в шкафу видела.
     Наташа вышла из комнаты и через минуту вернулась с маленькой детской косынкой. Я вспомнил, что мама повязывала ее мне даже в пятилетнем возрасте. В-основном после купания, чтобы голова не простыла.
     - Ну как вам, девчонки, Сашина косыночка? - засмеялась Наташа, повязав мне косынку, как малышу.
     - Какая прелесть, - захлопала в ладоши Ксюша, - Эх, жалко, нет фотоаппарата.
     - Сашу сейчас прямо не узнать, - улыбнулась Оля, - Кто этот малыш с соской во рту?
     - Сколько ты ему сейчас дашь? - шутливо спросила Наташа Олю, - Девять месяцев?
     - Какой девять! - засмеялась Наташа, - Месяца четыре, не больше!
     Обиженный, что меня сравнивают с грудным ребенком, я не выдержал и громко заревел.
     - Какой рёва! - ласково улыбнулась мне Наташа, - Что случилось? У малыша болит животик?
     - Потрясти над ним погремушкой, чтобы успокоился? - засмеялась Ксюша, взяв со стола Олину погремушку.
     Наблюдая, как Ксюша трясет надо мной погремушкой, я еще сильнее заплакал от обиды, что девушки обращаются со мной, как с малышом.
     - Я знаю, почему Сашенька плачет, - улыбнулась Наташа, - Он наверно голодный. Надо дать малышу бутылочку с молочком.
     - Ты уже давно косишься на мою бутылочку, - засмеяласьОля, протягивая Наташе купленную для маленького племянника детскую бутылочку, - И как я Свете все объясню?
     - Я потом и бутылочку, и соску хорошо помою, - пообещала Наташа, - Твоя Света ничего не заметит.
     Наташа принялась вертеть в руках детскую бутылочку, рассматривая ее со всех сторон.
     - Сейчас схожу на кухню, - сказала моя сестра и вышла из комнаты, - Вскипячу молоко.
     Оля с Ксюшей последовали за Наташей, оставив меня в зале одного. Я начал ворочаться, пытаясь ослабить пеленки, но у меня ничего не вышло. Было так обидно чувствовать себя в полной зависимости от старшей сестры.
     - Сейчас закипит, - донесся до меня из кухни Наташин голос.
     - Конечно, надо вскипятить, - согласилась Оля, - Маленьким детям положено пить только кипяченое.
     Я прислушался к разговору девушек и мне показалось, что я услышал слово "мочегонное".
     - Так вот что ты затеяла! - со смехом сказала Ксюша.
     - А что? - засмеялась в ответ Наташа, - Пусть использует подгузник по назначению.
     Девушки громко расхохотались. Я прислушивался к их разговору еще несколько минут, пока все трое не вернулись в комнату. Впереди гордо шествовала Наташа с детской бутылочкой в руках. Судя по ее хитрой улыбке, моя сестра снова что-то затеяла.
     - Принесла тебе молоко с мёдом, - сообщила мне Наташа, - Мама сказала, чтобы я сегодня тебе его дала, потому что у тебя красное горло.
     Я вспомнил, что вчера мама водила меня к врачу и та посоветовала поить меня горячим молоком с медом.
     - Надо быстрее дать малышу бутылочку, - снова начала сюсюкать Наташа, - Как он губками причмокивает. Сразу видно, что хочет кушать.
     Всунув мне в рот детскую бутылочку, Наташа выжидающе на меня посмотрела.
     - Быстро пей молоко! - приказала она, - Если не хочешь остаться в пеленках до прихода мамы. А она сегодня придет поздно - часов в восемь.
     Я нехотя начал сосать из бутылочки горячее молоко. Оно было таким противно-приторным, что меня чуть не вырвало. У молока был еще один странный привкус, но меня это почему-то не насторожило.
     - Какой молодец! - похвалила меня Наташа, когда я опустошил детскую бутылочку, - Все выпил.
     Наташа забрала у меня бутылочку, заменив ее соской-пустышкой.
     - Теперь, когда мы попили молочко, нужно немножко поспать, - ласково сказала мне сестра, - Полежи вот так в пеленках полчасика, а потом я решу, что с тобой делать.
     
     Девушки уселись на диван и принялись листать газеты с журналами. Я лежал на столе, пытаясь гипнотизировать настенные часы. Прошло десять минут, потом еще десять. Неожиданно мне сильно захотелось по-маленькому. Мучительный позыв усиливался с каждой минутой и вскоре стал таким острым, что я едва мог его терпеть.
     - Ну что, девчонки? - хитро улыбнулась Наташа, взглянув на часы, - Распеленать Сашу?
     - Ага, - засмеялась Ксюша, - Самое время проверить сухой ли у него подгузник.
     - Мне почему-то кажется, что сухой, - сказала Оля.
     - Давай поспорим, - предложила двоюродной сестре Ксюша, - Я уверена, что карапуз уже успел описаться.
     Договорившись на что поспорить, девушки пожали руки и Наташа их разбила. После этого все трое подошли к столу и Наташа начала разворачивать мои пеленки.
     - Ну как? - нетерпеливо спросила Ксюша, когда Наташа оставила меня в одном подгузнике.
     - Вроде сухой, - разочарованно сказала Наташа, пощупав подгузник.
     - А я вам что говорила? - улыбнулась Оля.
     - Действительно сухой, - согласилась Ксюша, пощупав марлю у меня между ног.
     Наташа развернула мой подгузник. Вспомнив, что я лежу голышом, я густо покраснел.
     - Посадить его что-ли на горшок? - задумчиво произнесла Наташа, - Быстренько отвечай, Саша. Ты хочешь по-маленькому или по-большому?
     - Я не хочу, - смущенно соврал я, хотя сам еле сдерживался, чтобы не пустить струйку.
     - Точно не хочешь? - хитро прищурилась Наташа.
     Не удержавшись, я громко пукнул.
     - Ну что, Наташка? - засмеялась Оля, - Получила свой ответ? Быстрее сажай на горшок, чтобы сходил по-большому.
     Наташа сходила за горшком и просто поставила его на стол рядом со мной.
     - Садись на горшок, Саша! - приказала она мне.
     Полностью растерявшись от смущения, я продолжал молча лежать.
     - Чего ты ждешь? - повысила голос Наташа, - Быстренько садись на горшок и какай! Даю тебе пять минут, чтобы сходил по-большому.
     Наташа подняла меня на ноги и насильно посадила на горшок.
     - Время пошло! - напомнила мне сестра, усаживаясь в кресло.
     Несмотря на сильный по маленькому я твердо решил терпеть, по-прежнему не представляя, как писать у всех на виду. Пару минут стояло молчание.
     - Не думай, что я позволю тебе просто сидеть на горшке, - строго сказала мне Наташа, - Ты же даже не пытаешься покакать. Давай! Я хочу услышать, как ты тужишься.
  Сидящая на диване Ксюша тихонько захихикала.
     - Что, забыл, зачем тебя посадили на горшок? - повысила голос Наташа, - Если через пять минут он так и останется пустым, я тебе, Саша, такое устрою!
     Наташа уткнулась в журнал "Здоровье". Я был рад, что она временно оставила меня в покое.
     - Сейчас посмотрим, что у Саши получилось, - сказала Наташа через несколько минут, встав с кресла.
     Сестра подошла к столу и рывком подняла меня с горшка.
     - Нет, вы только на это посмотрите! - негодующе сказала она, заглянув в горшок.
     - Что, пустой? - улыбнулась Оля.
     - Даже не пописал? - поинтересовалась Ксюша.
     - Если бы пописал, нам было бы слышно, - заметила Оля и девушки засмеялись.
     Наташа на несколько секунд о чем-то задумалась.
     - Где там твоя коробочка со слабительными свечками? - спросила она Олю.
     - На, - засмеялась Оля, протягивая моей сестре белую коробочку, - Ты не успокоишься, пока не заставишь мальчишку сходить на горшок.
     - А кто тебе сказал, что я собираюсь снова сажать Сашу на горшок? - улыбнулась Наташа, - У него уже был шанс. Целых пять минут дала. Если не хочет писать и какать в горшок, как полагается большим детям, пусть делает все себе в подгузник, как грудной.
     Наташа осторожно уложила меня на спину.
     - Засуну две, - с улыбкой решила она, задирая мои ноги вверх.
     Неожиданно догадавшись о Наташиных намерениях, я сделал отчаянную попытку вырваться, но сестра крепко меня держала.
     - Кто этот голенький мальчик, который ерзает и дрыгает ножками? - ласково спросила Наташа, еще сильнее задирая мне ноги, - Никак бедненький не может покакать. Ну ничего, сейчас мы поможем малышу это сделать.
     Очутившись в беззащитной позе с прижатыми к груди коленками, я не удержался и заплакал от своей беспомощности.
     - Еще ничего не вставила, а уже ревёт, - улыбнулась Наташа и я почувствовал, как что-то быстро скользнуло мне в попу.
     Вслед за первой свечкой Наташа всунула мне в попу вторую и сразу же принялась меня пеленать.
     - Молодец, Наташка, - улыбнулась наблюдающая за моей сестрой Оля, - Запомнила, как все делать.
     - Особенно про писюнчик, - засмеялась Наташа, - Кстати, а почему он должен быть всегда направлен вниз?
     - Я тоже хотела об этом спросить, - заметила Ксюша.
     - Чтобы подгузник лучше все впитал, когда малыш пописает, - объяснила Оля.
     Наташа так наловчилась, что в этот раз у нее ушло на все пеленание меньше минуты.
     - Эти свечки быстро действуют? - поинтересовалась моя сестра у Оли.
     - Минут через десять, - ответила Оля.
     - Тогда подождем пятнадцать для верности, - решила Наташа, посмотрев на часы.
     Всунув мне в рот соску, Наташа отошла от стола и уселась в кресло. Меня по прежнему мучил позыв по-маленькому, но вскоре к нему добавилось неприятное жжение в попе. Через несколько минут оно сменилось мучительно сильным позывом по-большому.
     - Так подозрительно тихо лежит, - первой нарушила молчание Наташа, - Может он уже накакал себе в подгузник?
     - Ну что ты, - засмеялась Оля, - Мы услышим, когда мальчишка обкакается.
     Девушки дружно засмеялись, заставив меня покраснеть. Самым обидным в моей ситуации было осознавать, что Наташа сейчас действительно добьется своего. Отсмеявшись, все трое подошли к столу.
     - У нас дома появился грудной малыш, - улыбнулась Наташа, - Надо купить побольше пеленок, распашонок и подгузников.
     - Коляску, - добавила Оля, - И детскую кроватку с боковыми решетками.
     - Соски, погремушки, детские бутылочки, - присоединилась Ксюша.
     - Бутылочки - это самое главное, - заявила Наташа, - Как без них поить Сашу молочком? И кормить буду только с ложечки.
     Все трое дружно засмеялись.
     - А вместо школы отдадим Сашу в ясли, - улыбнулась Наташа, - Там его будут вместе с остальными малышами учить проситься на горшок.
     - Конечно в ясли, - засмеялась Ксюша, - Маленьким мальчикам, которые мочат штанишки, там самое место.
     - Я не маленький! - закричал я, выплюнув соску.
     - Ш-ш-ш, - поднесла палец к губам Наташа, - Грудные дети не умеют разговаривать.
     Наташа всунула мне в рот соску и ласково улыбнулась.
     - Таким мне Саша больше нравится, - с улыбкой сказала моя сестра, - Может так его и оставить? В пеленках.
     - Такой хорошенький с этой соской, - засмеялась Ксюша, - У тебя точно нет фотоаппарата? Надо обязательно мальчишку сейчас сфотографировать.
     - Ути-пути, - ласково сказала Наташа, принявшись трогать мне лицо, - Чьи это пухленькие щечки? Чей это маленький носик?
     Быстро усиливающийся позыв по-большому был таким мучительным, что я едва мог его терпеть.
     - Ну что, Саша? - улыбнулась Наташа, - Нравится быть малышом? Не нужно делать уроки. Можно весь день просто лежать в пеленках. Не говоря уже о том, как все о тебе заботятся. Поят молочком из бутылочки, купают...
     Ксюша снова тихонько захихикала.
     - Правда, удобно? - спросила меня Наташа, - Можно писать и какать себе в подгузник, когда захочешь. И всегда придет заботливая няня, подмоет между ножек и завернет в новые, сухие пеленки.
     Наташа неожиданно протянула ко мне руку и пощупала мои пеленки.
     - Интересно, в каком сейчас состоянии твой подгузник, - улыбнулась она, - До сих пор сухой?
     Я обиженно поджал губы.
     - Что надулся? - спросила меня Наташа, - Все малыши писают и какают в подгузник. Думаешь, я тебя просто так обернула между ножек марлей? Я же знаю, что ты сейчас туда пописаешь. Потому что ты сегодня все делаешь, как маленький.
     - Я не маленький! - снова запротестовал я.
     - А кто, большой? - замеялась Наташа, - Уже забыл, как ты недавно описался? Большие дети ходят на горшок, а мне этого от тебя пока не удалось добиться.
     Девушки дружно засмеялись.
     - Ну что молчишь? - не унималась Наташа, - Разве я не права? Ты же сейчас, как грудной малыш, описаешься и наложишь кучу себе в подгузник.
     Чувствуя, что у меня почти не осталось сил терпеть два мучительно сильных позыва, я с обидой понял, что Наташа была права.
     - А вы, девчонки, как считаете? - с улыбкой обратилась Наташа к стоящим рядом девушкам, - Саша ведет себя, как большой ребенок? Или маленький?
     - Еще спрашиваешь! - засмеялась Ксюша, - Твоего мальчишку сейчас не отличить от грудного малыша.
     - Я большооо... - закричал я и неожиданно осекся, громко обкакавшись.
     Повисло неловкое молчание, сменившееся оглушительным хохотом.
     - Не хочешь нам сказать, что случилось? - шутливо спросила меня Наташа.
     - А ты не догадываешься? - засмеялась Оля, - Твой мальчишка только что наложил кучу в подгузник!
     Я продолжал увеличивать кучу у себя под попой. Противная теплая масса растекалась во все стороны, не помещаясь в тесный подгузник.
     - Ну что, Саша? - улыбнулась моя сестра, - Будешь признаваться, что ты только что сделал?
     - Как сразу покраснел, - засмеялась Ксюша, - Что, стыдно лежать с кучей в подгузнике?
     Не зная, куда деться от смущения, я окончательно сдался и повинуясь второму нестерпимому позыву, пустил в марлевый подгузник сильную струю.
     - Ой, смотрите, девчонки! - неожиданно крикнула Ксюша, показывая на меня пальцем, - У карапуза даже пеленки насквозь мокрые.
     - Ага, я тоже заметила это мокрое пятно, - подтвердила Оля, - Как раз между ножек.
     - Значит Саша уже и написать себе в подгузник успел, - улыбнулась Наташа.
     Весь красный от смущения, я продолжал вовсю писать в марлевый подгузник.
     - С каким удовольствием мы писаем в пеленки! - засмеялась Наташа, - Я знала, что тебе, Саша, понравится быть малышом.
     - А как только что кричал, что большой! - улыбнулась Ксюша, - И чем он сейчас отличаешься от остальных малышей, которые писают и какают в пеленки?
     - Самое интересное, что на горшок ходить отказывался, - не унималась Наташа, - А стоило запеленать, как грудного, сразу сходил в подгузник и по-маленькому, и по-большому.
     Девушки снова засмеялись. Несколько минут я вынужден был слушать, как они шутливо обсуждают мои мокрые пеленки.
     - Наверное надо помочь тебе подмыть карапуза, - предложила Оля.
     - Не хочу прямо сейчас подмывать, - сказала Наташа, - Пусть полежит полчаса мокрый. В наказание за упрямство.
     Я подумал, что девушки снова сядут на диван и в кресла, но они вышли из комнаты, оставив меня одного. Мне было очень неуютно в мокрых пеленках, особенно когда они начали остывать. Я лежал, боясь пошевелиться, потому что каждое движение вызывало противное перемещение большущей кучи в тесном подгузнике. Вскоре я с удивлением почувствовал, что мне снова хочется писать. Догадавшись, что Наташа все-таки подмешала мне в молоко мочегонное, я чуть не заплакал от обиды.
     - Ну что, семилетнее чудо в мокрых пеленках, - обратилась ко мне Наташа, вернувшись вместсе с подругами в комнату, - Буду сейчас тебя подмывать. Хотя если честно, так не хочется.
     - Что, грязного подгузника испугалась? - со смехом спросила Оля.
     - Представляю, что у мальчишки там творится! - засмеялась Ксюша.
     Все трое подошли к столу.
     - Сейчас посмотрим, что Саша нам приготовил, - улыбнулась Наташа, начиная разворачивать мои пеленки.
     Быстро меня распеленав, Наташа осторожно развернула подгузник.
     - Ничего себе обкакался! - засмеялась Ксюша, показывая пальцем мне между ног, - Даже писюнчик с яичками грязные!
     - У обкакавшихся мальчиков это обычное явление, - заметила Оля, - Давай-ка лучше посмотрим, как у карапуза выглядит попа.
     Наташа рывком задрала мне ноги вверх. Лежа перед тремя девушками голышом, я не знал, куда деться от смущения.
     - Я и не представляла, что ребенок может в семь лет так обкакаться, - заметила Ксюша.
     - И я смотрю на его грязную попу и не верится, что перед нами семилетний ребенок, а не семимесячный малыш. , - улыбнулась Оля.
Услышав, как Ксюша тихонько захихикала, я густо покраснел.
     - Ну так что, Наташка? - спросила Оля, - Помочь тебе подмывать мальчишку или сама с ним справишься?
     - Еще спрашиваешь? - улыбнулась Наташа, - Конечно помоги.
     - Тогда подержи пока карапуза вот так, с задранными вверх ножками, - попросила Оля, - А я сейчас вытру мальчишке попу его же собственным подгузником.
     Я почувствовал, как Оля начала вытирать мне попу мокрой марлей.
     - Ну как? - спросила Оля мою сестру через пару минут, - Посмотри, какая у карапуза чистая попа.
     - Даже не скажешь, что только что обкакался, - заметила Ксюша.
     Оля потянула меня за ноги, приподняв попу, чтобы вытащить из под нее мокрые пеленки с подгузником.
     - Давно я уже Сашу не подмывала, - вздохнула Наташа, - Придется сейчас все вспомнить.
     - А можно мне попробовать? - неожиданно попросила Ксюша, - Так хочется повозиться с твоим голеньким карапузом.
     - Попробуй, - с улыбкой согласилась Наташа, - Посмотрим, как у тебя получится.
     - Только нужно, чтобы кто-то подержал мальчишку, - сказала Ксюша, - Мне одной с таким большим не справиться.
     - Хорошо, подержу, - вздохнула Наташа, - Хотя, если честно, я уже устала с Сашей возиться.
     - Давай я подержу ребенка, - предложила Оля, - Сейчас мы с Ксюшей быстренько подмоем твоего карапуза.
     - Спасибо, девчонки, - улыбнулась Наташа, - Я и вправду так устала.
     - Отдыхай, - сказала Оля, - Все, что нам сейчас от тебя нужно - это миска с водой, детское мыло и несколько тряпочек.
     - Сейчас принесу, - сказала Наташа.
     Моя сестра вышла из комнаты и ее место у стола тут же заняла Оля. Послышался шум воды в ванной. После продолжительного отсутствия Наташа вернулась в комнату, осторожно неся в руках полную миску воды.
     - Вот вам вода, мыло и тряпочки, - сообщила Наташа, - Ничего, что вода холодная? Не дождалась, пока пойдет горячая.
     - Ничего с таким большим ребенком от холодного подмывания не случится, - сказала Оля.
     Представив, что незнакомая шестиклассница сейчас начнет меня подмывать, я густо покраснел.
     - Поднимаем ножки вверх, - сказала Оля и рывком задрала мне ноги, - Чуть-чуть разводим в стороны и до отказа задираем. Видишь, Ксюша, как у ребенка теперь все открыто между ножек?
     -Ты действительно заставила карапуза полностью открыться, - засмеялась Ксюша, - Теперь я могу трогать голенького мальчишку, где хочу.
     Неожиданно для самого себя я громко пукнул.
     - Саша тебе подсказывает, с чего начинать! - засмеялась Оля.
     - С попы? - улыбнулась Ксюша.
     - Конечно с попы, - подтвердила Оля, - Хорошенько протри мальчишке между ягодичек.
     Холодная тряпочка опустилась мне в попу и щекотно заскользила вверх и вниз между моих половинок. Лёжа на спине с до отказа задранными вверх ногами, я чувстствовал себя полностью беззащитным.
     - Внутри тоже надо помыть, - попросила Оля.
     - Что, запихнуть тряпочку мальчишке в попу? - засмеялась Ксюша.
     - Ага, - кивнула Оля, - Одним пальцем.
     Я почувствовал, как что-то углубилось мне в попу.
     - Поглубже! - засмеялась Оля.
     - А как сразу испугался! - улыбнулась Наташа, - Сейчас точно заревет...
     - Надо потерпеть, Сашуня, - ласково попросила меня Оля, - Всем малышам так моют попу.
     - Особенно тем, кто какает себе в подгузник! - засмеялась Ксюша.
     Вынув тряпочку у меня из попы, Ксюша продемонстрировала всем коричневое пятнышко ровно посередине.
     - Отложи эту тряпочку в сторонку и намыль другую, - попросила Оля, - Протри мальчишке за яичками.
     Девушка принялась мучительно щекотно протирать мне мошонку.
     - Как сразу начал ерзать и дрыгать ножками! - засмеялась Ксюша, - Стоило только дотронуться тряпочкой до мошонки.
     - Мальчики не любят, когда им там моют, - объяснила Оля, - Наш Андрюша тоже дрыгает ножками и пытается вырваться.
     - Неужели все мальчишки так боятся щекотки? - со смехом спросила Ксюша.
     - Еще как! - улыбнулась Оля.
     Все дружно засмеялись.
     - У кого тут маленький мешочек между ножек? - ласково спросила меня Ксюша, - Сейчас мы его хорошенечко помоем. Вот так, со всех сторон.
     Задрожав от мучительной щекотки, я отчаянно задрыгал ногами в тщетной попытке вырваться из сильных Олиных рук.
     - Не тяжело тебе держать семилетнего мальчишку, когда он начинает вот так вырываться? - спросила у Оли Наташа.
     - Не беспокойся, - улыбнулась Оля, - Я его крепко держу. Пусть дрыгает ножками сколько хочет. Все равно не вырвется
     Оля была права. Лежа на спине с задранными вверх ногами, я только и мог, что отчаянно дрыгать ими, пытаясь хоть как-то бороться с нестерпимой щекоткой и острым позывом писать.
     - Теперь помой ножки и ягодички, - подсказала Оля Ксюше.
     Ксюша принялась протирать мне намыленной тряпочкой ноги и попу.
     - Кажется, везде намылила, - сообщила она Оле через минуту.
     - Тогда смывай мыло, - сказала Оля, - Возьми чистую тряпочку, намочи в воде и везде протри. Каждый укромный уголок у малыша между ножек.
     Ксюша намочила в воде новую тряпочку и начала протирать мне попу. Она как будто специально делала все очень медленно, чтобы подольше помучить меня щекоткой.
     - Отовсюду смыла мыло? - спросила Оля через пару минут, - Тогда опускаем Сашины ножки вниз.
     Оля опустила мне вниз ноги и тут же сильно прижала их к столу.
     - Снова бери намыленную тряпочку, - попросила она двоюродную сестру, - Надо помыть карапузу животик. Всё, что ниже пупка.
     Ксюша принялась намыливать мне холодной тряпочкой живот, постепенно спускаясь все ниже и ниже.
     - Чей это маленький писюнчик? - неожиданно засмеялась она, бесцеремонно приподняв мне письку, - Вот этого голенького мальчика?
     Я густо покраснел, не зная куда деться от смущения.
     - Такой забавный тоненький хоботок! - засмеялась Ксюша, - Сейчас мы его как следует помоем.
     Хихикающая Ксюша принялась щекотно намыливать мне письку своей тряпочкой.
     - Ага, оботри мальчишке писульку со всех сторон, - улыбнулась Оля.
     Я с трудом терпел Ксюшины манипуляции с моей писькой. Мучивший меня позыв писать сразу стал таким острым, что я чуть не пустил струю.
     - Такое впечатление, что сейчас пустит струйку, - улыбнулась Ксюша, словно читая мои мысли.
     - Я тоже заметила, - согласилась Оля, - Посмотри, как у карапуза напряглась писулька. Кстати, у нашего Андрюши фонтаны во время подмывания - это обычное явление. Особенно он любит писать, когда его мажут между ножек детским кремом.
     - Представляю, - засмеялась Наташа и вслед за ней остальные девушки.
     - Медсестра нам сказала, что все малыши это делают, - сообщила Оля, - Особенно мальчики.
     - А к семилетним это тоже относится? - со смехом поинтересовалась Ксюша.
     - От Саши сегодня всего можно ожидать, - заметила Наташа и все засмеялись.
     - Хорошенько оботри мальчишке вокруг писульки, - подсказала Ксюше Оля, - Особенно снизу, где яички. Ага, вот так. А теперь можешь брать чистую тряпочку и смывать отовсюду мыло.
     Ксюша поменяла намыленную тряпочку на чистую и начала протирать мне живот.
     - Потерпи еще немножко, - ласково сказала она мне, - Надо отовсюду смыть мыло.
     Холодная тряпочка заскользила по моему лобку. Дрожа от мучительной щекотки, я из последних сил боролся с нестерпимым позывом писать.
     - Ну вот и все! - объявила Ксюша, прекратив наконец меня мучить, - Наверное надо снова помазать карапуза кремом от опрелостей?
     - И так столько крема на Сашу потратили, - хмыкнула Оля, - Знаешь, какой он дорогой? Лучше возьми вот это детское масло.
     - У Ольки все есть, - засмеялась Наташа, - Что бы я сегодня без нее делала.
     Оля протянула Ксюше небольшую бутылку с прозрачной жидкостью.
     - Давай я сразу задеру мальчишке ножки, - сказала она, уложив меня в знакомую беззащитную позу, - Будем делать все в том же порядке, как при подмывании.
     - Понятно, - кивнула Ксюша, - Хочешь, чтобы я снова начала с попы?
     - Правильно, - улыбнулась Оля, - Сначала попу. Потом хорошенько помажь мошонку. И после этого займись карапузом спереди.
     Ксюша нерешительно открыла бутылку с детским маслом.
     - Просто полей из бутылочки, - подсказала Оля, - А потом размажешь везде масло.
     Я почувствовал, как что-то полилось мне между ягодиц.
     - Проведи одним пальцем между ягодичками, - подсказала Ксюше Оля, - Вот так, ровно посередине. Теперь вниз. А сейчас помажь малышу ягодички всей ладонью. Сначала одну. А теперь вторую.
     - Так сильно дрыгает ножками, - улыбнулась Ксюша, щекотно скользя ладонью между моих половинок, - Ты можешь держать мальчишку покрепче?
     - Сейчас я зажму карапузу ножки, - сказала Наташа, - Вот так.
     Лишенный возможности двигаться, я чуть не заплакал от обиды и беспомощности.
     - Ага, так намного удобнее, - согласилась Ксюша, - Ну что, помазать карапузу дырочку в попе, как ты делала?
     - Как хочешь, - улыбнулась Оля.
     Не удержавшись, я громко пукнул.
     - Ты знаешь, Олька, я передумала, - засмеялась Ксюша, - Не хочу мальчишку там дразнить, а то он сейчас снова наложит кучу. Лучше займусь Сашиной мошонкой.
     Я вздрогнул от неожиданного прикосновение чужих пальцев к яичкам.
     - Такой забавный розовый мешочек! - засмеялась Ксюша, принявшись нестерпимо щекотно мазать мою мошонку детским маслом.
     Мучительная щекотка мешала мне бороться с сильным позывом писать, который я и так уже почти не мог терпеть.
     - Надо как следует помазать малыша между ножек, - улыбнулась Ксюша, ласково разговаривая со мной как с маленьким, - Чтобы была здоровая кожа без опрелостей.
     - Ага, как следует там помажь, - сказала Оля, - Особенно за яичками.
     - Вот тут? - улыбнулась Ксюша, скользнув холодными пальцами мне за мошонку.
Не в силах больше терпеть острый позыв, я сдался и начал писать.
     - Ой! - закричала Ксюша, резко отдернув руку, - Карапуз в самом деле пустил струйку!
     - Тебя же предупреждали, что мальчики писают во время подмывания! - засмеялась Наташа.
     - Ну не в семилетнем же возрасте! - со смехом возразила Ксюша.
     - Надо быстренько подставить под Сашину струйку горшок, - спохватилась Наташа и придвинула горшок к моей попе, - А сейчас приподнимем писюнчик, чтобы направить струйку в середину горшка.
     Продолжая писать вверх сильной струей, я не знал, куда деться от смущения.
     - Кто у нас любит писать, как маленький? - ласково улыбнулась мне Ксюша, - Лежа на спинке с задранными вверх ножками. .
     - Что, Саша? - засмеялась Наташа. - Решил показать Оле с Ксюшей, как ты умеешь пускать вверх струйку?
     Девушки дружно засмеялись, заставив меня еще больше покраснеть от стыда.
     - Кажется ничего себе не забрызгал, - сказала Ксюша, когда я прекратил писать, - А то пришлось бы заново подмывать.
     Наташа отодвинула горшок в сторону и Оля сразу опустила мои ноги вниз.
     - Плесни немножко масла на лобок, - попросила Оля Ксюшу, - Весь живот мазать не надо. Только снизу.
     Ксюша взяла бутылку с детским маслом и плеснув из нее мне на лобок, принялась щекотно размазывать масло во все стороны.
     - Вот так помажем Саше складочки, - улыбнулась Ксюша, - А еще тут есть маленький писюнчик. Кто только что пустил оттуда струйку?
     - Просто обведи вокруг писульки одним пальцем, - подсказала Оля, - Ага, вот так.
     - Еще где-нибудь помазать? - шутливо спросила Ксюша у двоюродной сестры.
     - Больше нигде не надо, - улыбнулась Оля.
     Ксюша вытерла руки моими "пеленками".
     - Я знаю, что сейчас Наташка нам скажет, - засмеялась она, - Что снова собралась пеленать мальчишку,
     - Зачем пеленать? - с улыбкой сказала Наташа, - Я уже придумала, во что Сашу одеть. В мои старые колготки, которые я носила в его возрасте. Сейчас поищу. Я их где-то в шкафу видела.
     Моя сестра вышла из комнаты и вскоре вернулась со стопкой одежды.
     - Как раз на Сашу, - сказала Наташа, приложив к моим ногам салатовые детские колготки.
     - Не хочу колготки! - обиженно заявил я.
     - Не хочешь, не надо, - усмехнулась Наташа, - Ходи без штанишек, с голой попой.
     Я обиженно промолчал. Колготки так колготки. Главное не стоять больше перед всеми голышом.
     - Подними ручки, - с улыбкой попросила Наташа, приготовившись одеть мне майку.
     Мне было обидно, что Наташа начала одевать меня с майки, а не с колготок.
     - Ты специально выбрала маечку покороче? - с улыбкой спросила Оля
     - В самом деле такая короткая, - засмеялась Ксюша, - Еле прикрывает карапузу пупок.
     Я покраснел и потянул майку вниз, пытаясь прикрыться. Девушки дружно расхохотались.
     - Какой ты у меня стеснительный, - улыбнулась Наташа, - Хорошо, сейчас я одену тебе колготки.
     - А трусы? - удивленно спросил я.
     - Трусиков тебе сейчас не положено, - сказала Наташа, - Ясельным малышам их не одевают. Знаешь почему?
     - Почему? - удивленно спросила Ксюша.
     - Потому что малыши до трех лет часто мочат штанишки, - объяснила Наташа, - Зачем одевать трусики, если потом придется их стирать вместе с мокрыми колготками.
     - Ага, трусики одевают только тем, кто самостоятельно ходит на горшок, - подтвердила Оля.
     Наташа принялась одевать мне салатовые колготки.
     - Вот так, повыше, - улыбнулась она, натянув мне колготки чуть ли не до груди.
     Полюбовавшись на меня несколько секунд, Наташа взяла меня подмышки и не без труда сняла со стола.
     - Давай договоримся, Саша, - строго сказала мне сестра, - Если ты без моего разрешения переоденешься в другую одежду, сегодняшнее пеленание будет повторяться у нас каждый день. Ты меня понял?
     - Да, - испуганно пролепетал я, понимая, что с Наташей сейчас лучше не спорить.
     - Тогда можешь идти в свою комнату, - сказала Наташа.
     
     Мне не нужно было повторять дважды и я убежал к себе в комнату. Там я сразу уселся на ковер играться с машинками и солдатиками. Увлеченный игрой, я быстро забыл о своих обидах и не заметил, как прошел час. Почувствовав, что мне хочется по-маленькому, я решил терпеть, пока не уйдут Наташины гости. Через несколько минут позыв стал совсем нестерпимым и я понял, что мне все-таки придется бежать в туалет.
     Я надеялся, что мне удастся быстро проскочить в туалет под носом у Наташи, но сестра, как и в прошлый раз, словила меня у самой двери.
     - Куда это ты собрался? - строго спросила она.
     - В туалет, - смущенно признался я.
     - Куда? - повысила голос Наташа, - Уже забыл, что тебе туда нельзя?
     - Ну пожалуйста, - попросил я, чувствуя, что на глаза наворачиваются слезы, - Я очень сильно хочу.
     - По-большому или по-маленькому? - с улыбкой поинтересовалась Наташа.
     - По-маленькому, - ответил я, покраснев от смущения.
     - Тогда пошли в зал, - сказала Наташа, - Сейчас поставлю тебя перед горшком.
     Наташа взяла меня за руку и потащила в зал.
     - Ясельные малыши не ходят в туалет, - ласково сказала мне сестра, когда мы вошли в комнату, - Они пользуются горшком.
     - Попросился на горшок? - со смехом спросила сидящая на диване Ксюша.
     - Ага, жди! - ответила Наташа, - Возле туалета словила. Ну ничего, сейчас Саша, как хороший мальчик, прямо здесь сходит на горшок.
     Наташа поставила у моих ног детский горшок и принялась бесцеремонно стаскивать с меня колготки.
     - Давай вот эту ножку, - улыбнулась она, освобождая мои ноги от салатовых колготок, - Теперь вторую.
     Заметив, как уставились на меня сидящие на диване Оля с Ксюшей, я густо покраснел и прикрылся между ног.
     - До сих пор нас стесняется, - засмеялась Ксюша.
     - Малыши не должны стесняться взрослых, - сказала Наташа, мягко убрав мои руки, - К тому же все хотят посмотреть, как ты умеешь писать в горшочек.
     Я смущенно опустил взгляд.
     - Давай, Саша, - начала уговаривать меня сестра, - Или ты собираешься вот так стоять с голой попой до прихода мамы? Потому что я тебя не одену, пока не пописаешь.
     - Правильно, Наташка! - поддержала мою сестру Ксюша, - Не отдавай ему колготки, пока не наполнит горшок.
     - Если Саша сходит сейчас на горшок, то ему больше не надо будет носить колготки, - заметила Наташа.
     Я непонимающе посмотрел на сестру.
     - Принесу тебе нормальную олежду, - пояснила мне Наташа, - До сих пор не понимаешь, чего я от тебя все это время добивалась? Чтобы нормально сходил на горшок.
     Наташа присела рядом со мной на корточки.
     - Чего ты ждешь, Саша? - спросила она, - Неужели так сложно пописать в горшок? Или ты не хочешь, чтобы твое наказание закончилось?
     Я конечно хотел, чтобы мое наказание поскорее закончилось, но по прежнему не мог пересилить свой стыд.
     - Покажи нам, как маленькие мальчики пускают струйку, - ласково попросила Наташа.
     - Он уже один раз сегодня показывал, - вспомнила Ксюша.
     Все дружно засмеялись, заставив меня еще больше смутиться.
     - Разве Саша не хочет нам еще раз продемонстрировать, как он умеет пускать струйку? - ласково спросила Ксюша.
     - В двухлетнем возрасте он это охотно всем демонстрировал, - засмеялась Наташа.
     - Не надо терпеть, солнышко, - присоединилась к уговорам Оля, - Я же вижу, как ты сильно хочешь по-маленькому.
     - Ох, как мы сейчас пописаем, - улыбнулась Наташа, бесцеремонно приподняв мне письку, - Пись-пись-пись... Кто сейчас пустит струйку в горшочек?
     Все трое продолжали меня уговаривать еще несколько минут. Поняв, что девушки от меня не отстанут, я сдался и начал писать.
     - Какой молодец! - похвалила меня Наташа, - Вот так хорошие мальчики писают в горшочек. А плохие - себе в штанишки.
     - Наконец догадался, чего от него хотят, - засмеялась Оля.
     - Так смешно смотреть на Сашину струйку, - захихикала Ксюша.
     - Это не струйка, - со смехом сказала Оля, - Это целый водопад.
     - Саша специально для вас с Ксюшей старается! - засмеялась Наташа.
     Продолжая у всех на виду писать, я не знал куда деться от смущения.
     - Я только сейчас заметила, что Наташа держит мальчишке писюнчик, как малышу, - улыбнулась Ксюша.
     - Я ему не доверяю, - засмеялась Наташа, - Если сам будет держать, весь ковер перед собой забрызгает.
     Девушки дружно засмеялись. Они продолжали обидно обсуждать, как я писаю в горшок, пока Наташа не стряхнула туда последние капли.
     - Сейчас вылью горшок и принесу тебе одежду, - сказала Наташа и взяв с пола горшок, ушла с ним в туалет.
     Наташа сдержала свое обещание. Через пару минут она вернулась в комнату с моей нормальной одеждой. Разумеется, я не стал одеваться в зале на виду у трех девушек, а сразу убежал к себе в комнату. Сев на кровать, чтобы одеть трусы, я почувствовал, что моя постель все еще мокрая. К счастью к приходу мамы все успело высохнуть.