Сообщество любителей ОМОРАСИ

Сообщество любителей омораси

Объявление

УРА нас уже 194 человек на форуме!!!

По всем вопросам вы можете обращаться к администратору в ЛС, в тему Вопросы к администрации (для пользователей), или на e-mail: omowetforum@gmail.com

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Сообщество любителей омораси » Интерактивные рассказы (БД) » Рабочие будни из интернета.


Рабочие будни из интернета.

Сообщений 1 страница 12 из 12

1

Здравствуйте все. Не так давно я во всемирной паутине наткнулась на довольно таки давний рассказ,но мне он показался не законченным и продолжения я не нашла. Поэтому предлагаю участникам нашего сообщества закончить его. Итак:"Рабочие будни".

Работа программиста в частной фирме - занятие утомительное и нервное, особенно, когда ты один, а машин (и сотрудников за этими машинами) - много.

Коллектив у нас почти полностью женский, и это тоже мою работу не упрощает. Хотя сегодня это обстоятельство развлекло меня весьма любопытным образом.

Дело в том, что в нашей конторе - два сортира, причем расположены они далеко один от другого. Первый, побольше, расположен рядом с бухгалтерией и отделом продаж, и посещают его офисные дамы. А рядом со складом и комнатушкой, куда поставили сервер, есть другой туалет - в него ходят двое рабочих со склада и я.

Сегодня прямо с утра мне пришлось засесть в бухгалтерии, в очередной раз переставляя на нескольких машинах винды и настраивая 1С. Все девушки уже ушли обедать, а я все возился.

Наконец, все получилось, и я вышел в коридор, думая отправиться к себе, покурить, поесть, и зарубиться в кваку. Однако не сделав и трех шагов, я понял, что мне просто необходимо отлить, причем чем скорее, тем лучше. Идти коридорами до "мужского" сортира - минут семь, а рядом - дверь "дамского", и вроде никого там нет, да и вокруг не видно. Я решился.

Планировка в просторном туалете оказалась странная - всего одна кабинка, правее от нее три раковины и сушилки для рук, а напротив - три унитаза.

По какому-то наитию я зашел в кабинку, закрыв за собой дверь. Расстегнув ширинку, я достал член и, залупив кожицу, с удовольствием отлил. Отряхнувшись, я убрал свое хозяйство и собрался выходить, как вдруг... Дверь сортира открылась!..

Я застыл, глядя в щелочку между дверью и стеной кабинки. Конечно, официального деления на мужской и женский туалеты у нас нет, но ведь все знают...

А тем временем зашла наша секретарша, стройная и очень симпатичная темноволосая девушка по имени Ирина. Я и глазом не успел моргнуть, как Ирочка спустила до щиколоток узкие брючки, кружевные трусики и... Орлицей залезла на унитаз, причем лицом к стене. С моего места я отлично видел пухлую попку и опушенную нежными волосами вульвочку.

Забыв обо всем, я наблюдал. Ира присела поудобнее, стоя туфельками на толчке и держась пальчиками (я снова отметил яркий красный маникюр) за бачок. Девушка вздохнула, расслабилась, и из ее пизды хлынула мощная струя, звонко бившая о фаянс унитаза.

Подумать только, подумал я, такая утонченная красавица, а ссыт как кобыла. Ира, похоже долго терпела и теперь получала сильный кайф, тихонько постанывая от наслаждения. Но вот струя иссякла, и я подумал, что концерт окончен. Но нет! Посидев неподвижно пару секунд, девушка отпустила одной рукой бачок и протянула руку к своей попе! Я не верил своим глазам: эти тонкие пальчики нежно оттянули пухлую ягодицу и раздался громкий хлопок выходящих газов. Не меняя позы, Ирина пернула еще два раза не менее громко. Заурчав от удовольствия, девушка снова схватилась за бачок обеими руками и начала тужиться. И пары секунд не прошло, как ее анус начал раскрываться, выпуская сначала довольно твердую коричневую колбаску, а затем целую массу полужидкого стула, причем запах почти сразу дошел даже до меня. Пернув в последний раз, Ирина слезла с унитаза, и, зажав нос, нагнулась и внимательно рассмотрела свое "произведение". Затем она спустила воду и подтерлась несколькими полосками туалетной бумаги, которые снова смыла водой из бачка.

Натянув трусики и брючки, Ирка блаженно потянулась и направилась к умывальнику. В этот момент открылась дверь и вошла младший бухгалтер Света, ее подруга.

- Ой, Ирка, это ты так навоняла? - наморщила она носик. - Ну не войти же, в самом деле, ты же девущка, а срешь как слон какой-то...

- Свет, Свет - ну я ж тебе говорила, понос у меня, - затараторила Ирина, - пирожных этих позавчерашних с утра за чаем наелась, так сейчас еле донесла, думала, в коридоре дристану.

Света тем временем задрала короткую юбочку, спустила до колен трусы и присела над другим унитазом. Мгновенно пенная струя с шипением начала бить в толчок. Светка тоже оказалась большой охотницей до поссать. Кончив писать, она негромко пернула и пару раз присела, отряхивая капли с волосатой письки. Наатянув трусики и опустив юбку, она тоже подошла к умывальнику, где Ирина тем временем заканчивала сушить руки. Болтая уже о чем-то другом, девушки вместе вышли из туалета.

Я собрался по-тихому слинять вслед за ними, но дернул дверь назад в последний момент: в туалет, держась за живот, влетела Марина Сергеевна, наш главбух, высокая худая дама лет сорока пяти...

0

2

И что, рассказ (там, в инете), прямо-таки на этом и заканчивается? Определённо его надо продолжить... :D

0

3

Cabaliero написал(а):

И что, рассказ (там, в инете), прямо-таки на этом и заканчивается

Именно так и заканчивается,и я понимаю что рассказ незакончен и даже хотелось самой его закончить,но  вряд ли моё продолжение впишется по стилю данному рассказу,поэтому хочется продолжения от других авторов.

0

4

Ну, раз ХОЧЕТСЯ, продолжим... :glasses:
Немало, скажем так, ушло времени на "компоновку" сюжета и получился он не таким коротким, как планировалось вначале. Поэтому, хотя я вначале хотел опубликовать рассказ целиком, теперь решил - лучше частями. Во-первых, в оставшейся части рассказа есть ещё "сырые места", требующие "отладки", во-вторых, хочу послушать реакцию аудитории - как, понравится, нет...
Да, сразу уточню, постарался выдержать стиль, лексикон и терминологию, заданные автором (см.начало). То есть если кому покажется что-то скабрезным... хотя вообще нет, не думаю, целомудренных "ботаников" здесь, скорее всего, нет.

Итак:

Рабочие будни - продолжение (часть 2)

Последняя фраза из части 1 (начало):

Я собрался по-тихому слинять вслед за ними, но дернул дверь назад в последний момент: в туалет, держась за живот, влетела Марина Сергеевна, наш главбух, высокая худая дама лет сорока пяти...
............................................................................

Она не вошла – именно ВЛЕТЕЛА, не оборачиваясь, одной рукой захлопнув за собой входную дверь. Торопилась она, видно, несказанно, потому что её чуть не «занесло» на повороте, высокий рост и туфли на тонких высоких шпильках не позволяли ей держать равновесие, и к тому же позывы в животе, заставляющие её буквально сгибаться на ходу… Резко развернувшись направо, она в мгновение ока проделала путь вдоль «ряда» унитазов, точнее мимо двух ближайших к двери, направляясь стремительной походкой к третьему, дальнему от входной двери.

Унитазы «открытого» типа были расположены вдоль той же стены, где и входная дверь, справа от неё. Впрочем, не совсем «открытого», изначально, я так понимаю, они, как и полагается для должной «изоляции», были разделены стенками из серого гипрока или чего-то такого. Но из этих стенок в «первозданном виде» сохранилась только одна, ближняя к входу. Она была хоть и изрядно выщербленной, покоцанной, но «сплошной» и высотой метра два, при этом достаточно широкой, так что надёжно скрывала (в первый момент) от человека, входящего в туалет снаружи, сами унитазы и соответственно тех, кто сидел на них. Но завернув направо, за эту серую стенку, вошедший получал полное «поле для обозрения». Дело в том, что больше ничем унитазы друг от друга отделены не были (по крайней мере, ближайший к двери, на котором недавно так живописно восседала Ирка - и средний). Стенка между ними если и была когда-то, то была напрочь, «под ноль», снесена (видимо, кто-то нашёл ей достойное применение). Между средним же и дальним (к которому и устремлялась размашистым шагом наша главбух) возвышалось какое-то подобие перегородки с обломанными краями, высотой где-то в метр, не больше, ранее, видимо, бывшее полноценной «отгородкой», но то ли кем-то сломанное, то ли обветшавшее и осыпавшееся от времени (здание наше было старым, хотя сейчас в нём (и, в частности, на нашем этаже – его полностью занимала наша контора!) велись работы по «ремонту и благоустройству) – директор счёл это нужным…

К слову, о нашем «профиле» - мы торгуем бытовой химией и хозтоварами, стиральные порошки, губки-мочалки и прочее (как оптом, так и в розницу), хотя обороты у нас небольшие и штат тоже (по меркам оптовой компании). Но «марафет» офиса необходим (приезжают и клиенты-оптовики, и ещё всякие-разные), грязь и разруха недопустимы, так что помимо «штатных» сотрудников на нашем, втором этаже часто можно увидеть и ремонтников-гастарбайтеров обоих полов, для них даже сделаны специальные пропуска-«таблетки»… Кто угодно там – маляры, штукатуры, настильщики полов… Постепенно доводят наш второй этаж «до ума»…

Так вот, с чего начал -  ПО «ПЛАНИРОВКЕ»:  эта, другая, в метр высотой, «перегородка» точно не могла скрыть человека, пользующегося третьим унитазом, и вошедший, завернув направо, за единственно сохранившуюся стенку, мог сразу полностью «лицезреть» всех и всё. «Закрытая» же кабинка, в которой, собственно и находился сейчас я, примыкала к противоположной стене, напротив входа в туалет, и располагалась… мм-м, ну, если «спроецировать» от «моей», противоположной стены – где-то между ПЕРВЫМ и ВТОРЫМ унитазами... Таким образом я, «примкнув» взглядом к правой (для меня)щели, где располагались петли (она была достаточно широкой, сантиметра полтора), мог полностью, как на ладони, видеть «первый», ближайший к двери унитаз и почти весь (за исключением краешка) второй, по крайней мере, волосатую письку Светки я разглядел тогда явственно. Третий же унитаз через эту щель был совсем не виден, но зато, если переместиться к другой, левой щели, между дверью (в месте, где она открывалась) и дверным косяком - через неё открывался просто «панорамный» вид на этот самый дальний от входа сральник, который, кстати (единственный из всех трёх!) был снабжён пластиковым сиденьем. Этим, видимо, и объяснялось то, что «выбрала» Сергеевна из всех трёх «белых друзей» именно его. О её чистоплюйстве по конторе ходили легенды…

Я так подробно рассказываю, чтобы непосвящённый мог иметь полное представление обо всём – и о нашем маленьком коллективе (хотя как маленький – человек двадцать, даже больше; семь мужчин - с генеральным вместе (и со МНОЙ, кстати!), и сколько там… пятнадцать, нет шестнадцать – женщин, с кассиршей вместе). А заодно и обо всём, связанном с «планировкой» и, в частности,  о картине, открывавшейся мне сейчас из моего «невольного» укрытия. Вообще, «планировка» эта была, повторюсь, какая-то странная, по «моей», напротив входа, стене - от левой стенки до моей кабинки стоял какой-то здоровенный агрегат, напоминающий стиральную машину из прачечной советских времён. Не исключено, что здесь раньше и было что-то вроде прачечной, и весь наш второй этаж был какой-то «производственный», потом уже его отдали под офис и на скорую руку соорудили тут туалеты. И «закрытую» кабинку пришлось водрузить не в углу, как полагалась бы по законам «фэн-шуя» и элементарной эстетики, а посреди стены (и в ЕДИНСТВЕННОМ ЧИСЛЕ), что для ЖЕНСКОГО туалета по жизни явно недостаточно. Дальше по «моей» стене, как я уже говорил, располагались умывальники с сушилками.

Так вот, Марина Сергеевна, преодолев буквально в секунду путь до дальнего, «удобного» унитаза, в первый момент исчезла из моего поля зрения. Но за эту же секунду моё тело, словно воздушное, само собой переместилось к другой, левой щели. Как раз в этот момент главбух, носящая, так же, как и Светка, юбку, только не короткую, а «деловую», чёрную, должной длины – имидж она блюла – расставив широко длинные ноги в колготках и туфлях на шпильках, охая и извиваясь, стала задирать эту самую юбку к талии, одновременно отступая всё дальше назад и буквально нависая над унитазом. Я отметил, что сидение унитаза было поднятым(!)в этот момент и тем более меня удивило, что Сергеевна даже не опустила его для себя. «Спешит», - подумал я, - «ох, как спешит…»

Справившись с юбкой, задрав её чуть ли не к подмышкам, Марина, так же судорожно извиваясь, стала спускать колготки вместе с трусиками к коленям. Трусики на ней, к приятному моему удивлению, оказались более чем современными, розовыми и с кружевами, и сразу спустить их вместе с колготками до щиколоток у неё не получилось – плотно прилегали они к её бёдрам, уже, как я отметил, тронутых целлюлитом, а варикозные вены на икрах просматривались даже через телесного цвета колготки.  Тем более бросался в глаза контраст этих «возрастных» ног с пикантными трусиками. Трусики у неё спускались не так легко, как колготки, возможно, приклеились к бёдрам и письке из-за каких-то выделений (прокладки между её ног не было!), и она закусила губу, втянув воздух и трясясь всем телом; «блин, сейчас  в трусы серанёт…» - подумалось мне. Но она всё же отлепила их от промежности и с натугой «подвинула» вниз (для этого ей пришлось чуть сдвинуть ноги). И моему взору открылась её [Цензура], тоже уже (что там!) тронутая временем, но (что опять-таки меня поразило!) гладко выбритая, в отличие от Иркиной и Светкиной. Лобок её, хоть и гладкий (и область вокруг половых губ и под ними), имели цвет «черноватой крапинки», видимо до бритья волосня на них была достаточно обильной, мохнатой и зрелой.

Трусики в итоге она не спустила – буквально содрала, где-то до середины бёдер, бросив это на половине, подхватила норовившую опасть юбку и… села, точнее, зависла над горшком, снова разведя ноги широко, отставив зад и наклонившись лицом чуть не к коленям (но даже близко не касаясь попой фаянсового ободка унитаза!)

«Пууууууууууууууу-у-у-у-у-у-у-у-у-ук!»…

Это был не какой-то там «стандартный» пердёж, обычно похожий на прерывистую трель – нет, это скорее напоминало гудок паровоза, долгий, непрерывный и настолько громкий, что я на мгновение впал в столбняк – от шока. Такого от нашей Сергеевны, которую все в конторе уважали, а некоторые и побаивались, я не ожидал. Вероятно, весь «дурной воздух», скопившийся в её многострадальном животе, вышел вместе с этой «руладой». (Или не весь?) По крайней мере, благодаря этому она явно получила передышку, потому что сразу, облегчённо вздохнув, приподнялась и уже спокойно и легко опустила трусы до икр. После чего обернулась назад, буквально «грохнула» сиденье на унитаз, и опустилась на него «по полной». Но торс её по-прежнему был наклонён вперёд, морщинистое, уже тронутое годами лицо сильно напряжено – я даже различал выступившие у неё на лбу жилы. Она тужилась и спустя пару секунд я услышал – «пффф-ф-ф-ф-ф…» - «шептун» вырвался из неё, после чего, видимо, полезла «колбаса». Выходила она долго и была, скорее всего, немаленькой, по лицу Марины было видно, как попеременно она напрягалась и расслаблялась, выдавливая из организма отходы. И вот наконец  – плюх! Унитазы теперь, в отличие от советских, делают без «полочек», так что продукт, выйдя наружу, сразу «булькнул» в воду. Я, ожидая того же эффекта, что и от Иркиного сранья, осторожно втянул носом воздух, и действительно, вонь пошла сразу же, довольно сильная, ещё до того, как она дошла до меня, я видел, как главбухша "отстранилась" назад и помахала ладошкой у себя перед носом. "Всё равно с Иркой не сравнить", - подумалось мне. Видимо, через несколько секунд газы развеялись и Марина Сергеевна откинулась назад ещё больше, прямо "выгнулась" в груди, как кошка и даже на мгновенье вытянула ноги в туфлях со спущенными трусиками, ВЫПРЯМИЛА их и ПОДНЯЛА на несколько сантиметров от пола! (спина её при этом коснулась бачка). И, опираясь "пятой точкой" на унитаз, прижав его и одновременно свои бёдра ладонями с боков (видимо, чтобы случайно не потерять равновесие и не загреметь с него вбок - вправо или влево!) "покачалась" взад-вперёд, взад-вперёд! И позой, и выражением лица она в этот момент напоминала девчонку, качающуюся на качелях. Со стороны это выглядело почти сюрреалистично: пожилая респектабельная дама, высокого роста, ВОТ ТАК качается на унитазе! Но вот она прекратила свои "упражнения", вновь опустила ступни ног в туфлях на пол и, как раньше, широко их расставила, растянув между икр свои розовые трусики с колготами и опять наклонившись вперёд, даже оперевшись локтями о колени и удовлетворённо вздохнув. Но это был ещё далеко не конец.

Марина Сергеевна перевела дух и снова болезненно сморщилась, потом опять, уже держа ноги расставленными и не отрывая их от пола, стала «качаться», но уже по-другому: то наклоняясь вперёд, чуть ли не к ногам, то откидываясь назад, почти на бачок. На лице её была написана явственная мука; я понял, что она ещё не полностью освободилась от «бремени» и вообще всё только начинается. И точно: после очередного «глубокого наклона» она выпрямилась, но на бачок не откинулась, как раньше, именно выпрямилась, словно «аршин проглотила». Я снова увидел напряжение на её лице, и то, что она развела колени ещё шире и… приподняла зад над сиденьем,  как бы «привстала», поставив при этом стопы в туфлях на носки и чу-у-уть подавшись корпусом вперёд. И снова  – «пфффффффффффф-ф-ф-ф-ф-ф-ф-ф!...» , на этот раз шептун был гораздо дольше и слышнее, видно много газов в ней скопилось… В этот раз, правда, такого запаха не было, видимо основное зловоние вышло вслед за "колбасой". Освободившись, она снова опустилась на сиденье, и я услышал её облегчённый вздох. Но покидать свой «плацдарм» она явно не собиралась…

-«Давай уже, заканчивай…», - подумал я. Несмотря на «пикантность» и приятные ощущения, я понемногу начинал ощущать себя «узником». Но…

Избавившись от «обузы», она «устроилась поудобнее» своим седалищем на унитазе и… стала вертеть головой, оглядываясь по сторонам, словно созерцая, почти с любопытством, всё вокруг. Я буквально прилип к щели и неожиданно в какой-то момент испугался – вдруг она обратит внимание на мою кабинку, засечёт мой взгляд через щель и спалит… Хотя – я это отметил ещё раньше(!) снаружи это было практически невозможно сделать; кромка двери, примыкавшая к косяку в районе «стыка», была как бы «скошена» внутрь, поэтому через эту, «стыковую» щель, ИЗНУТРИ очень хорошо было видно, что происходит ВОВНЕ, но не наоборот – для «внешнего» наблюдателя дверь представлялась просто герметичной, без единой щёлочки, если он, конечно, был не вблизи, а поодаль, как сейчас наша главбух. («Специально для «наблюдений изнутри» такую конструкцию, что ли, сделали?» - подумалось мне.)

Тем не менее, когда её (главбухши) взгляд обратился в мою сторону (как мне показалось, буквально упёрся в меня!!!), я инстинктивно слегка отстранился назад. Хорошо было и то, что щель между НИЖНИМ краем двери моей кабинки и полом была достаточно мала  - сантиметров пять, не больше, и узреть мои, очень мужские(!) ботинки снизу можно было, только опустившись на колени на пол, а то и растянувшись на животе, как на пляже. Словом, «герметика» от внешних просмотров была ПОЧТИ полной, но, если честно, я уже ОЧЕНЬ ждал, когда всё это кончится и она уйдёт. Казалось, что «веселее уже не будет». КАЗАЛОСЬ…

И в этот момент дверь сортира снова открылась…

(продолжение следует)

Отредактировано Cabaliero (2020-05-02 05:43:43)

0

5

(продолжение)

В туалет вошли ещё две дамочки – Жанна, начальница отдела продаж, лет тридцати с небольшим, и Люба. «Любаша», как мы все её называли, грациозная хохотушка, фигурой напоминающая балерину – из отдела учёта и документации, где принимают заказы от отдела продаж и проверяют товар на предмет возвратов, недостач и всякого такого… В общем-то, это подразделение бухгалтерии, но как бы «самостоятельное», из трёх человек, там свой нач – тоже женщина, Аллой зовут, и Любаша – одна из двух её подчинённых, совсем недавно пришла, можно сказать «стажёр»… Она своими манерами и лексиконом вообще напоминала студентку (хотя уже была замужем – вышла полгода назад), но и по натуре и по жизни была самой настоящей студенткой  –  параллельно с работой она заканчивала экономический – то ли вечернее, то ли заочное отделение. С ней было легко, правда, «параллельным» её недостатком была какая-то въедливость, дотошность и постоянное стремление до чего-то докопаться. «Экономистом будет незаменимым», - думалось мне всегда про неё.

Они, видимо, до того как зайти, почти весело щебетали между собой. Но видно было, что «внутренние проблемы»  (вызванные, скорее всего, теми самыми ПОЗАВЧЕРАШНИМИ ПИРОЖНЫМИ), тяготят и их. Поэтому, зайдя внутрь, они резко оборвали свой «щебет», на лицах обеих синхронно проступил какой-то дискомфорт и они, так же резко, как и ранее Сергеевна, направились к унитазам – Жанна к «среднему» (при этом машинально кивнув сидящей на «дальнем» главбухше), а Любаша – на крайний. Обе, одетые в брюки, начали довольно торопливо стягивать их с себя, но, в отличие от Ирки, взгромождаться на унитазы не стали!). Жанна справилась с одеждой первой (спешила явно больше!) Но первая реплика, нарушившая тишину, принадлежала Любаше, ещё не снявшей штаны, и она подтвердила мои догадки.

-«Чёртовы пирожные!..», - почти простонала она, несмотря на бодрое выражение лица. –«С утра полконторы с горшка не слазит. Без холодильника их, что ли, два дня в нашей духоте держали ?»
Марина Сергеевна на своём «посадочном месте» промолчала, видимо, не желая принимать участие в диспуте. Но поддержала Жанна, уже устроившаяся на унитазе (плюнув, по-моему, даже на гигиену и приземлившись прямо на фаянс).

-«Не говори», - тяжело переводя дыхание, ответила она. –«Алевтина, холера её задери, на днюху свою, всю контору этим добром завалила. И не выкинешь – обида будет до небес. Вот два дня и доедаем…»

Я, наблюдавший в это время за «новыми» посетительницами, естественно, перестал держать в поле своего зрения Марину Сергеевну и лишь услышав краем уха с её стороны «пффф-ф-ф-ф-ф…» (в этот раз уже еле слышное!), бесшумно переместился опять влево и приник к щели. И по её возобновившимся «откидываниям» и «сгруппировываниям» (при последних она чрезвычайно тужилась и тяжело дышала, один раз даже тихо простонала!), а также по довольно часто (с интервалом в секунду-две) повторяющимся тихим «шлепкам» о дно унитаза я понял, что она снова начала выкладывать «колбаски».  «Шлёп, шлёп… плюх… прр-ррр.., пуу-у-ук… прр-р.., шлёп… плюх…»

Наконец наступило «затишье», после которого она опять выпрямилась и на этот раз вздохнула ТАК глубоко, как ещё ни разу за всё время. Но тут же вновь приняла позу «проглотила аршин» и на лице её появилось напряжение. Я, почти так же напрягшись и не дыша, ждал, что за этим последует. Но меня отвлёк внезапно раздавшийся «голос справа»… И я, понимая, что «подвижек» на дальнем унитазе можно ждать долго, опять «перепорхнул» к правой щели.

-«Блин, слабо́, конечно было всё это на кухню отнести и в холодильник запихнуть», - обычно весёлая и жизнерадостная, сейчас Любаша была раздражена (впрочем, понятно – чем). –«На улице жарища, на ночь окна закрываем, и днём духота, главное, в отделе продаж, у Алевтинки, всё это держали, там даже вентилятор не работает! (Люба была так взбудоражена, что продолжала ораторствовать, даже не спустив штаны полностью (до середины только!) и, лишь поймав краем глаза насмешливый взгляд сидящей рядом Жанны (начальницы ТОГО САМОГО ОТДЕЛА ПРОДАЖ!) словно спохватилась, прыснула смешком, спустила брюки с трусиками до щиколоток и села, подобно Жанне, «прямо на фаянс» (на котором ещё недавно СТОЯЛА НОГАМИ ИРКА!), отодвинувшись при этом очень глубоко, до самого бачка и наклонив корпус вперёд; причём сделала она это так стремительно, что я даже не успел, как водится, глянуть у неё между ног… После чего добавила уже «лукавее», повернув голову влево, к «соседкам»:

-«К нам в бухгалтерию надо было (себя, «учётчицу», она тоже причисляла к бухгалтерии и сейчас словно апеллировала к её начу – Марине Сергеевне, сидящей на дальнем толчке). Там, У НАС, вентилятор - будь здоров…

Словно в ответ на это, со стороны дальнего толчка раздалось напряжное кряхтенье-вздох и затем приглушённое, булькающее и бьющее о фаянс «брррр-р-р-р-рл-рл-рлллл…» - Марина Сергеевна после «передышки» наконец запоносила по-настоящему (её тяжёлое, со всхлипами, дыхание было слышно и через бурление диареи, даже жалко её стало, видимо, по-настоящему хреново тётке…) Её позы и выражения лица в этот момент я видеть не мог, так как наблюдал за её «соседками» через другую щель. «Соседки»-дамы сделали вид, что ничего не заметили, только Люба, за которой я внимательно наблюдал, по-моему, тихо прыснула в кулачок – и тут же перданула глухим «пррр-р-р» (правда, по звуку – никакого сравнения с Сергеевной в самый первый раз!) 

Выпустив газы, она откинулась назад и я получил возможность (правда, всего на мгновение) рассмотреть её «самое сокровенное». Её [Цензура] не была похожа на «предыдущие», которые мне довелось созерцать перед этим. Лобок у неё был «окультурен» должным образом, и на нём среди идеально подровненных волосиков был аккуратно выстрижен какой-то «рисунок», в виде то ли «восьмёрки», то ли матрёшки – видимо, в какой-то арт-студии делала. Подробно рассмотреть я, к сожалению, не успел, так как Люба почти моментально приподнялась над унитазом, наклонилась, подобно главбухше, вперёд и раздалось шипящее «псссссссссссссс-с-с-с-с-с-с-с» - звук «битья» такой струи о фаянс унитаза не спутать ни с чем. Писала она довольно долго и я с удовольствием представлял (хоть и не видел), как пенистая струя, шипя, растекается по белому днищу и уходит потом в глубины канализации.

Дальше она, закончив ссать и просидев неподвижно несколько секунд, напряглась (я это видел через правую щель по выражению её лица) и начала видимо, выдавливать из себя колбаску за колбаской (а может «неразделимую цепочку» их) – подробностей я не видел, но зато слышал, как это всё периодически «плюхается» в унитаз из её милой попочки. Лицо она опустила вниз, в пол и, как-то потеряв на время к ней интерес, я переместился к левой щели, через неё я видел и Сергеевну, которую «пробрало» не на шутку (она то прерывалась и сидела в напряге несколько секунд, то приподнималась над толчком и выдавала «шептуна», за которым следовал очередной взрыв диареи – ВОТ ПОЧЕМУ ТАК ДОЛГО ПЕРЕД ЭТИМ МУЧИЛАСЬ!); и частично Жанну, которая ёрзала попой по фаянсовому ободку, тужилась и кряхтела. У неё видимо, были проблемы с точностью до наоборот…  И опять тишину нарушила Любаша (она была, видимо, наименьшей страдалицей из всех троих и ей хотелось поговорить)… В левую щель я её видеть не мог, услышал только её голос, вернее – полушёпот.

-«А ТАМ, чего – занято?» - очень тихо спросила она, видимо, вопрос был адресован «соседке» Жанне. Хотя логичнее было бы задать его Марине – она была здесь дольше и, в отличие от Жанны, могла «больше знать». Но не это сейчас было главным. «ТАМ!» Могла иметься в виду только моя кабинка. Ну, сучка, ну тварь дотошная… Теперь ещё остаётся, чтобы они ломанулись сюда и убедились в том, что я слышал весь их пердёж, срач и фривольные разговоры! И поди докажи, намеренно это было или я – жертва обстоятельств…

Как бы тихо она это не произнесла, Марина Сергеевна, как раз в этот момент переставшая дристать, откликнулась (понимая, видимо, что от Жанны ответа не последует):

-«Не знаю… Я заходила – уже было закрыто (и кивнула головой прямо в мою сторону – я, словно ужаленный, отпрянул от щели и тихо, как мышь, отшагнул от двери). –«А вообще они, ремонтники эти, ну гастеры, частенько её, кабинку в смысле, закрывают. Там у неё стояк отдельный и проблемы с ним часто, вот они и блокируют…»

(Да, я забыл сказать, что – из-за неровности пола или чего ещё - дверь в кабинку, где находился я сейчас, НЕВОЗМОЖНО было закрыть плотно, если он не была заперта на защёлку изнутри или заблокирована как-то по-другому – она тут же приоткрывалась. Все, кто посещал этот туалет, об этом знали. И, значит, если дверь примыкает к косяку плотно, то либо в самом деле «закрыто на профилактику-ремонт», либо…)

-«Вообще-то хамство», - подала голос со среднего толчка Жанна. –«Единственное место, где, пардон, можно укрыться, и – вечно проблемы. С чем здесь вообще нет проблем?» - всплеск эмоций, видимо, простимулировал работу организма и Жанка тоже, наконец издала звучное «дрррр-р-р-р-р-р-р!» (то, что звук исходил от неё, я определил по наитию)… После чего замолкла, видимо, «путь» был проторен, и она стала избавляться, как и Любаша, от бремени. Ага, вот приглушённое – шлёп! о днище толчка, как раз напротив моей двери. Поздравляю, Жануся…

«Срите вы быстрее и уходите», - буквально взмолился я про себя. Но «подляна» неожиданно пришла с той стороны, с которой я совсем не ждал – от Марины Сергеевны, видимо, продриставшейся уже и склонной «строить гипотезы»…

-«Между прочим, когда я вошла сюда, стульчак», - она сделала паузу, видимо «кивая» на сиденье под собой, - «был ПОДНЯТ… Я так, про себя тогда отметила, но когда я сюда влетела, девоньки, сами понимаете, мне было вообще ни до чего», - произнесла она (почти с гордостью!) после небольшой паузы и тут же скрипнуло «её» сиденье – звук этот нельзя было спутать, видимо Сергеевна, «решив проблемы» окончательно, поднялась со своего «плацдарма».

Видеть я уже ничего не мог – не дыша, отшагнул вглубь кабинки, даже за унитаз, слева от него, и буквально сросся с кафельной стеной. Интересно, с такого расстояния будет меня видно через ПРАВУЮ щель, ну где петли? Гарантии нет… «А что, если этой сучке Любе придёт в голову «лечь на пол» и заглянуть; проверить, так сказать, на предмет «занятости»? Может, стоит залезть ногами на толчок, как давеча Ирка? Блин, а может, ещё и штаны спустить при этом – если не поверят в «ремонт» и дверь взломают - типа, сру… Или, не снимая штанов, разлечься тут на полу, привалиться к стенке и изобразить обморок – мол зашёл, поссал, застегнулся, а потом с сердцем стало плохо, и - отключка… Пусть потом докажут, что это не так. И – обстава, был в несознанке, ничего не видел, ничего не слышал, зашёл сюда ещё хрен знает когда, никого не было… А очнулся – вот только сейчас. Спасибо, девчонки, что спасли, из коматоза вывели… М-да, последний вариант, пожалуй самым «меньшим злом» будет…»

Все эти мысли вереницей пронеслись у меня в голове. Но прервал их характерный звук «врж-рж-рж-рж-ж-ж» - его тоже не спутаешь, так отматывают туалетную бумагу с висящего на стене рулона. И звук этот раздавался с двух сторон, с «крайних» - со стороны  Сергеевны и Любы. Жанка, видимо, свои дела ещё не закончила, по крайней мере слышалось её характерное «покряхтывание». И тут все эти звуки «перекрыл» задорный голос Любаши…

-«Ну и что? Я вон дома, когда прибегаю с работы, мужа ещё нет – сразу в сортир с дороги, дела сделаю и потом обязательно стульчак поднимаю…»

-«Ну вот и умница», - саркастически, как мне показалось, заметила с толчка Жанна. –«Значит, уважаешь мужа, заботишься о нём… Чтобы ему удобно поссать было, он же у тебя два часа домой добирается, на пределе небось», - фривольное общение набрало обороты и, похоже, дамы даже не стеснялись «почтенной» Сергеевны. Впрочем, на горшке все равны…

-«Пх-х… Да при чём тут это?» - хрюкнула себе под нос Любаша, во время «монолога» Жанны она шуршала бумагой, совершая, видимо, понятные гигиенические процедуры. Но тут же с её стороны снова послышалось «врж-рж-ржжжж…» - отматывалась новая порция бумаги. (О, эти чистоплотные женщины!) –«Просто, если я этот стульчак не подниму, он его зассыт весь, у него же ПОДНЯТЬ-то смекалки не хватит, он В СПЕШКЕ всегда, действительно два часа пути… Ну, и думает только о себе… А мне потом он (сральник, в смысле!) тоже может понадобиться… кхм, срочно. И что прикажешь – на его ТВОРЕНИЕ жопой плюхаться?» (Да, главбухши нашей обе явно перестали стесняться! Наверное, после её «ошеломляющего» срача, увиденного воочию…)

Хохот всех трёх «барышень», вкупе с шумом спускаемой воды в двух крайних унитазах (Маринином и Любином), чуть не оглушил меня. Когда смех их был, уже, что называется «на излёте», этот самый «спускающий» шум вкупе с шорохом-скрёбом раздался ещё дважды или трижды со стороны дальнего унитаза, то есть от Сергеевны-главбуха. Видимо, как в одной известной остроте, «её результаты превзошли все ожидания» и она старательно обрабатывала всё ёршиком… Ёршики здесь были, без них (в таких вот ситуациях) никак. А вот ОСВЕЖИТЕЛЕЙ ВОЗДУХА – не было, увы. Но не это для меня было сейчас главным…

–«Господи», - с тоской подумал я, - «хоть бы сейчас Жанка тоже свои дела закончила и они все трое умотали отсюда…» Но – блажен, кто верует. Жанка «заканчивать дела» явно не спешила, в чём меня убедила очередная реплика Любаши:

-«Жан, ну ты чё? Хорош уже унитаз греть… Давай, заканчивай, пошли…»

-«Да ты-то чего, ты иди…» - как-то рассеянно отозвалась Жанна, видимо ей принципиально не хотелось «торопиться»…

-«Нет уж! Вместе пришли – вместе и уйдём!» - Любаша, видимо, просравшись и проссавшись, закусила удила и теперь «искала приключений». Вон, втроём все пойдём, правда, Марин Сергевна? (главбухша, видимо, тоже уже закончила все «процедуры» и облачилась в одежду). И, поскольку Жанна не спешила (а, нет, скрипнул пол прямо напротив моей кабинки; поднялась с толчка, значит)  и – «врж-рж-рж-ржжжж!» Звук отрывающейся бумаги и  вслед за тем – характерное шуршание-шелест, сопутствующий… понятно чему.

-«Люба, так а ты же на вечернем вроде учишься, а говоришь – раньше мужа приезжаешь», - Марина Сергеевна, видимо, решила «разбавить» неловкую ситуацию, когда две женщины стоят одетыми, а третья в это время вытирает жопу. И всё это «на виду»…

-«Не, я на заочном», - мотнула головой Любаша. –«Сначала хотела на вечерний, потом думаю, каждый вечер эта обязаловка – не, лучше подготовлюсь и разом в конце семестра всё сдам…» - но видно было, что мысли её сейчас имеют совсем другое направление… -«Слушайте, а всё-таки там… ну ТАМ» - голос её опять перешёл на шёпот, -  «как думаете, точно закрыто? У меня какое-то ощущение, что там СИДИТ КТО-ТО…» - последние слова она проговорила еле слышно, но до меня они долетели. Ну? Куда теперь? На унитаз? Нет! К дальней стенке? Нет!!!

Мозг принял решение за меня (точнее, сначала взгляд!) упавший на урну, стоящую в правом (от входа, если стоять к нему спиной) углу у дальней стены, служащую «хранилищем» для использованной туалетной бумаги и женских..кхм…ну вы поняли. Эта не была обычная «корзинка», это была ОЧЕНЬ прочная урна из ПРЕССОВАННОГО ПЛАСТИКА (сам видел, как при ремонте один работяга-гастер вставал на неё НОГАМИ и она выдержала! И как же эта прочность нужна мне была сейчас!) – то есть, скорее даже, КОНТЕЙНЕР прямоугольного основания и высотой около полуметра (для ОБЪЁМА, чтобы реже его выносить, только когда он наполнялся до отказа). На нём была КРЫШКА, открываемая (по-современному!) педалькой снизу, что создавало дополнительные «трудозатраты» при бросании в неё мусора, но сейчас эта крышка оказалась незаменимой для меня! И ещё один фактор – зазор между «стыком-раскрывом» двери и боковой стенкой был широким, где-то сантиметров сорок (кто-то позаботился о «просторах» кабинки!, возможно раньше на этой стенке висел «автономный» умывальник, какие-то следы-дырки от шурупов на ней виднелись), но неважно!!! ГЛАВНОЕ то, что эта самая урна умещалась в углу «тютелька в тютельку» и НЕ БЫЛА ВИДНА ни через одну из щелей…

Я вознёс благодарность всем богам Вселенной и, не дыша, перенёс этот «контейнер» вдоль стены вплотную к «стыковой» щели», потом (торкнуло в последний момент!) вернулся к унитазу и опустил (как мне показалось, БЕЗЗВУЧНО!) не только сиденье, но и белую «заглушку» - мол, на этот горшок уже сто лет никто не садился, ха-ха! Потом подкрался, не дыша, как мышь, к перенесённой урне, сначала «залез» на неё задом (Боже, помоги всё сделать без шума!!!), а потом уже полностью взгромоздился на неё, подобрав ноги и скрестив их по-турецки. СОВСЕМ БЕЗЗВУЧНО, увы, скорее всего не получилось, НО!.. Снизу меня теперь НЕ ВИДНО! И дверь, спасибо строителям, высотой будь здоров, от головы до верхнего края – полметра минимум… Умру, но не издам ни звука… Не чихни, не кашляни!.. Ни рыгни, ни пукни!..И тут…

-«Любаш, если ты такая любопытная, на коленки опустись и посмотри, ноги видны или нет…» - ну, бля, воистину, сходятся мысли у умных людей! И один умнее другого… Голос принадлежал Жанне, судя по шороху одежды, она натягивала штаны. Её перебила Марина Сергеевна:

-«Господи, да какие ноги? Девушки? С ума мы все, что ли, посходили?» - и пол опять заскрипел (полы здесь, как и в большинстве помещений офиса, были «гуляющими», вероятно, под «модерновым настилом» скрывались обычные доски или что-то такое, здание, я уже говорил, было старым. Никакого керамзита, никакого выравнивания полов – этим даже не пахло, «капитальный ремонт второго этажа планировался только в будущем году)… Высокая фигура Марины Сергеевны приближалась к моей кабинке. Я замер, и сердце моё упало куда-то в район простаты…

«Тук-тук!» - раздалось снаружи. «Тук-тук!» Она находилась РЯДОМ, через стенку от меня…

И – подёргивание двери. Но задвижка, слава Богу, была прочной… Я, как удав за кроликом, наблюдал, как её плоский «язычок» дёргается в гнезде. Я прямо-таки ощущал её (Марины) тело и энергетику рядом с собой, через стенку, сердце моё билось так, что, казалось, выскочит. Мелькнула шальная мысль – а может, объявиться и «сдаться в плен?» Или всё-таки спуститься по тихому и  - «обморок»? Но что-то внутри властно приказывало – НЕТ!

(Я ещё забыл сказать, что эту «поворотную» задвижку-защёлку можно было закрыть (и открыть) также и специальным ключом снаружи, что и делалось в «особых случаях»…) И это делало правдоподобной версию «блокировки» и «пустой кабинки»… Через несколько мгновений я совладал с собой, сердце перестало "молотить" и я обрёл способность мыслить здраво. И мысленно возблагодарил Всевышнего за конструкцию двери, точнее её краёв (об этом я уже говорил выше!), не позволявшей сейчас «девчонкам» всмотреться в щели и разглядеть, что внутри. Я видел, точнее слышал – нет, ЧУВСТВОВАЛ! что Сергевна приникает глазом сначала к «стыковой» щели, рядом с которой (с другой стороны) в позе турецкого святого, затаив дыхание, восседал на урне я (естественно, она видела при этом только противоположную стенку, я был для неё в «МЁРТВОЙ ЗОНЕ!»; то к той щели, где петли (через неё она всматривалась не в пример внимательней!) Ну, через «петельную» щель-то она по-любому унитаз, хоть краешек его, но должна разглядеть! И опущенную «заглушку» - тоже! Что блестяще подтвердит версию «пустой кабинки»…) Но НЕ МЕНЯ!!! И тем не менее экстрим для меня был такой, что… Нет, это не описать.

-«Нет там никого, девчонки», - безапелляционно «припечатала» Сергеевна. –«Пошли…»

-«Мариш, милая», - мысленно взмолился я. –«Если ты сама сейчас уйдёшь и их отсюда уведёшь, я тебе памятник нерукотворный воздвигну…»

Но не тут-то было!

(продолжение следует)

Отредактировано Cabaliero (2020-05-04 05:06:57)

0

6

Ну блин, на самом интересном месте

0

7

(продолжение)

-«Я вот только сейчас, слышала оттуда какие-то шорохи» - не унималась Люба. – «И стук какой-то, как будто сиденье опускали, и не один.» («Ну, сучка!») –«Точно говорю, девчонки, есть там кто-то…»

-«Ну, если так», - и главбухша снова забарабанила в дверь и задёргала за ручку, но безрезультатно. –«Этот НЕКТО, если он есть, слышит ведь всё, что мы говорим, если по-русски, конечно, понимает (намекая, конечно же, на гастарбайтеров-ремонтников, имевших возможность свободно гулять по нашему этажу. И, кстати говоря, большинство из них по-русски действительно были ни-бум-бум…) –«Да нет, пусто там, уверена… Глюки у тебя, Любаш…»

Того, чего я больше всего в этот момент боялся, не произошло – ни Любаша, ни Жанна (уже одевшаяся) не посмели ставить под сомнение «вердикт» главбухши и «перепроверять её» как-либо. Но «аргументам» не было конца…

-«Вообще, действительно, безобразие», - «свежепросравшаяся» Жанна тоже решила выступить «активисткой», и я понял, что на Сергеевну мне надеяться нечего, этот «дуэт» она, даже со своим авторитетом, не переспорит. –«Сюда же действительно, ходят все, кому не лень… Эти гастеры, как мужики, так и бабы – для них же указов, инструкций никаких не существует – им, что мужской, что женский… Вон ты, Сергеевна, сказала же, стульчак мол, был поднят… И что это значит? Значит, мужик побывал, и точно от ЭТИХ…»

-«Ну, а откуда ты, Жан, знаешь, что гастеры?» - возразила Марина Сергеевна. –«Может, из наших кто?»

-«Кто?..» - приняла эстафету Любаша, всё-таки её не хотелось расставаться со своей «версией».  «Отдел доставки – они, как правило, на первом этаже тусуются, у машин, и сортир у них там свой…» - нет, всё-таки в пунктуальности нашей Любке не откажешь! «Кто ещё - представитель техслужбы (при упоминании ПОСЛЕДНЕГО словно искра промелькнула в моём мозгу!), так он тоже в основном на первом, и он вообще «не от нас». Приходит, только когда поломается что-то; плюс двое – склад. ТАМ все мужики наши (да их всего-то в общей сложности человек пять-шесть!), им по любасу ближе до  ТОГО сортира идти, чем сюда по коридорам-переходам… Да не, не верю, девчонки, у нас мушшины все благовоспии-и-итанны-ые-е…, «конвенцию» нарушать не бу-удут…» - последнюю часть фразы она произнесла почти нараспев, наверное потянувшись при этом, как кошка. И словно «припечатала», подобно давеча Сергеевна: «Точно, гастеры…»

«Спасибо тебе, Любашенька, что напомнила про «представителя техслужбы»… А также за то, что ПРО МЕНЯ забыла при своём «расследовании»… - мысленно поблагодарил я её. «Как будто меня и нет здесь, в конторе этой… А с другой стороны, провалиться бы сейчас сквозь пол и чтобы с этой минуты вообще обо мне никто не вспомнил…»

-«Может, он сейчас там, засел в кабинке (нам через щели не видно!) и спит сидя с похмелюги», - дурной пример заразителен и Жанна, подобно Любе, тоже всё больше распалялась . –«А нам, бедным женщинам, понимаешь, не уединиться»…

-«А зачем тебе уединяться?» - хмыкнула Марина-главбух. –«Вместе веселей время проводить… Мы, бабы, завсегда компаниями СЮДА ходим…»
И все трое снова прыснули.

-«А может, и того хуже», - снова вступила Любаня в полемику. –«Может, ВУАЙЕРИСТ какой – из наших или ненаших, и там его постоянный «пост. Мы тут, понимаешь, дела свои «чёрные» делаем…»

-«Не, я смотрела» - НА УНИТАЗЕ никого нет. Кто хочет – посмотрите сами», - добавила Сергеевна, видимо, снова, «для верности» подойдя к ДАЛЬНЕЙ от меня сейчас щели, где были петли и глянув в неё – я даже слышал её дыхание... Но Люба не сдавалась:

-«Говорю вам, девчонки, слышала я стук и какие-то шевеления…» - последнюю реплику она проговорила уже как-то более вяло, словно сама засомневавшись в себе и автоматически расстроившись – неужели МОЙ слух-нюх меня подвёл на сей раз? Но тут же активизировалась по новой:
-«Может он там, У СТЕНЫ, где-то примостился и дрыхнет - или НЕ ДРЫХНЕТ, слушает… (меня в очередной раз прошиб холодный пот!) Вдруг я услышал почти испуганный вскрик Жанны:

-«Марина Сергеевна! Вы эт-то… что?.. Не на-адо…»

Я, опустив голову вниз. Увидел со своего «контейнера», как внизу, в щели над полом, зашевелилась какая-то тень. Видимо, главбухша всё-таки отбросила свой авторитет и «встала на колени» в буквальном смысле, исследуя пол в кабинке и проверяя Любину версию. Потом тень исчезла – Марина поднялась. Видимо, ничего не сказав, просто помотала головой («чисто, мол…»)

-«Марина Сергеевна, ну зачем вы… на колени-то?...» - Жанка просто не верила своим глазам. –«Любашка вон должна была, молодая ж девчонка, а вы…» - И тут же –«Ой, простите, я не то… в общем, я хотела сказать…»

-«Да ладно», - главбухша почти прыснула со смеху с той стороны, видно настроение её сильно улучшилось. -"Какие мои годы… Считай, что молодость вспомнила… Нет, девушки - пусто там! Если только, может, на гвоздь в стенке повесился и висит, а нам не видать», - облегчившись после долгих мучений желудка, Марина Сергеевна стала склонной к юмору, что по жизни наблюдалось за ней крайне редко.

Но Люба, видимо, решила идти до конца!

-«Нет, дамы, вы как хотите, а я считаю, на всякий случай надо позвать «генерала» нашего, Петровича», пусть сам решает – вскрывать, не вскрывать» - затараторила стерва-Любашка, словно не услышав предыдущей реплики подруги. –«Давайте, девчонки, вы тут оставайтесь, караульте, а я до его кабинета сбегаю, тут недалеко…»

-«Слушай, я бы не стала, неудобно…», - вдруг встала «в оппозицию»Любе  (и косвенно – НА МОЮ СТОРОНУ) Жанна. –«Он обычно в такое время по любым вопросам посылает всех далекоо-о, …кхм… к непосредственному начальству… А уж с ТАКИМИ делами точно, лучше не злить – наорёт ещё, у него сейчас других проблем… Ирка-то, скорее всего, к нему даже не пустит…»

-«Что значит – наорёт?» - огрызнулась Любаша, но уже совсем вяло. –«Ну я не знаю, пусть тогда этого мальчика… из техслужбы, ну снизу, или позовут, или спросят, по крайней мере, запирал ли он кабинку эту…»

-«Ну, что?» - вихрем пронеслось у меня в голове. –«Вариант «обморок»? Нет!!! Точнее, возможно, но как РЕЗЕРВ…» Любашенька, милая, ты конечно, сучара редкостная, но - спасибо тебе, что, перечисляя наш немногочисленный штат (и «ВНЕШТАТ!»), навела на ИДЕЮ! Блин, только бы не чихнуть от радости! И другого – ничего, НЕ ВЗДОХНИ, НЕ ПОЧЕШИСЬ, НЕ ПОШЕВЕЛИСЬ! Слух у Любочки нашей, как выяснилось, отменный…»

(Только бы ИМ, женщинам, не пришло в голову «подставлять друг другу руки» и лезть сюда самим через верх, как через забор – любопытство удовлетворять! Тогда – сразу «в обморок!») Слава Богу, дверь высокая, больше двух метров, любопытной, но миниатюрной Любаше не допрыгнуть. А Марина Сергеевна, хоть и высокая, но тоже «не дотягивает». Тянуться, как жираф, не будет – достоинство не позволит…

Так, ладно, передышка… Главное теперь – о той самой упомянутой Любашей ТЕХСЛУЖБЕ…

Технической службы в нашей конторе как таковой не было. Она была одна на весь бизнес-центр (если можно так назвать здание бывшего завода, ещё весьма далёкого от «евростандартов»), состояла где-то из десятка работяг самого разного профиля (от сантехника до пожарного) и среди них был тот самый «представитель» - совершенно безликий тощий юноша в спецодежде, хоть и имевший «ключ-таблетку» от нашего этажа, но являвшийся сюда, действительно, только по вызовам, когда что-то не работало, молча делал своё дело и потом «по-английски» исчезал…

А НАЧАЛЬНИКОМ у них… Руководил ими некто ВИТЁК (вообще-то – Виктор Сергеевич), которого большинство из нашего офиса (женщины, по крайней мере) и в лицо-то не знали (так как от «технарей» с нашими общался в основном тот вьюноша). А вот я – я знал их начальника, Витька-Виктора этого самого, ну оччень хорошо… Дело в том, что мы с ним вместе десять лет назад закончили один институт, дальше судьба нас «разбросала» и потом, годы спустя, мы случайно встретились с ним в этом здании – именно СЛУЧАЙНО, если бы не столкнулись летом, куря на улице – могли вообще здесь «друг о друге» не узнать! (он пришёл сюда на полгода раньше меня, уже матёрым спецом «широкого профиля» и возглавил техслужбу «бизнес-центра» – те самые работы - строительные, сантехнические, всё по электрике и др.).

Виделись мы с ним, правда, редко, не только потому, что он на наш ВТОРОЙ этаж сам лично никогда не заходил, а мне спускаться к нему на ПЕРВЫЙ было, как правило, недосуг, а ещё и потому, что он, будучи мужиком предприимчивым и «оборотистым» (да и немудрено – с НЕРАБОТАЮЩЕЙ женой и тремя детьми!), работал на несколько «бизнес-центров» типа нашего, был эдаким «совместителем», но при этом везде жёстко контролировал работу, давая её на каждой «точке» подчинённым и никогда не забывал вовремя проверять, так что руководство «бизнес-центра» против такого совместительства не возражало… Поэтому мы с ним надолго (иногда на месяцы!)«исчезали» из поля зрения друг друга, и вот в этот критический момент я о нём даже ЗАБЫЛ…

(«Витёк, где ты? Молю Бога, чтобы сейчас ты был тут, у нас, в конторе!»)

Мы не то чтобы были какими-то друзьями закадычными, но так, контачили, иногда «раздавливали» пузырь на двоих (как и раньше в институте), и в эти моменты казалось, что мы по жизни понимаем друг друга с полуслова. И (уже здесь, годы спустя) у меня сложилось о нём мнение, как о мужике, способном найти выход из ЛЮБОЙ ситуации… Он никогда ни на какой вопрос не отвечал «не знаю»; знал даже… когда не знал. Десяток упомянутых работяг с первого этажа (к слову, все нашенские-рашенские, не гастеры), находились в полном его подчинении, и я был просто уверен, что Витёк распорядится ими должным образом… Только бы В КОНТОРЕ был, только б на «другую точку» не смылся!
Я достал смартфон… Слава Богу, «тонового» нажатия кнопок здесь нет, всё беззвучно… Набираем (беззвучно!) сообщение, в голове сумбур, но – надо, чтобы ПОНЯЛ.

«ВИТЁК ВЫРУЧАЙ» - печатал я, словно телеграмму («толковый словарь» моего смартфона здорово мне помогал). «Я В СВОЕЙ КОНТОРЕ В ЖЕНСКОМ СОРТИРЕ В КАБИНКЕ ТЫ ЗНАЕШЬ ГДЕ. ТУТ ТРИ ТЁТКИ СОБИРАЮТСЯ ЛОМАТЬ ДВЕРЬ ОНИ НЕ ДОЛЖНЫ МЕНЯ УВИДЕТЬ СДЕЛАЙ ЧТО НИБУДЬ БУДЬ ЧЕЛОВЕКОМ!!!»

Всё… Отправилось. Через полминуты - ответ: «ЖДИ ДЕРЖИСЬ». ПОНЯЛ, значит. «Хватает» на лету… И ЗДЕСЬ он, что самое главное…

Только бы сработал по уму! Только бы «нагрузил» этим кралям ТО, ЧТО НАДО! То, о чём они сами строили версии… Ну, да Витёк не дурак, их же «представитель», юноша тот самый,  как раз он эти кабинки периодически и «закрывает» и «открывает»…

В это время дамы опять начали «муссировать» тему.

-«Ой, девушки, мне опять что-то нехорошо», - простонала Сергеевна (только было раздухарившаяся). –«Пойду к себе. У меня там лоперамид, приму…»

И вышла, остались Любаша с Жанкой.

-«Слушай», – вдруг как-то «сникла» Жанна. –«А действительно, мы-то чего тут торчим? Пошли, работы полно… А Петровичу можно просто на телефон, через Ирку, секретаршу нашу, позвонить и ситуацию объяснить…»

-«Только этого не хватало!» - ударило мне в голову. –«Если ещё и Ирина прознает, что я тут был во время её ПОСЕЩЕНИЯ и слышал её пердёж и видел всю подноготную – вообще туши свет!»

-«Ладно, пошли» - неожиданно согласилась Любаша и они, все трое, двинулись к дверям (по шагам слышал!) –«Блин, неужели звёзды на моей стороне?»

Но тут…

(окончание следует)

Отредактировано Cabaliero (2020-05-04 00:10:33)

0

8

(окончание)

Как это: «Вдруг как в сказке скрипнула дверь…» И раздались ЖЕНСКИЕ голоса… Значит, не Витёк ещё…

Мне бы сидеть на своей «площадке», не дыша и не шевелясь, но в этот момент мною овладело ощущение какой-то поистине дьявольской ВЕЗУЧЕСТИ И БЕЗНАКАЗАННОСТИ… Словно невидимкой, способным переиграть всё и всех, я сам для себя стал, эдакий ниндзя… И я, соскользнув, как тень, со своего контейнера (на этот раз – бесшумно, даже Любаша у дверей ни хрена не услышала!), так же бесшумно прокрался к правой щели (где петли) и осторожно глянул, РИСКУЯ БЫТЬ СПАЛЕННЫМ… Но нет – взоры и Жанны, и Любаши были устремлены в сторону открывающейся ВХОДНОЙ ДВЕРИ…

Появились ещё две сотрудницы нашего коллектива – одна из них Алевтина, ТА САМАЯ, из отдела продаж, «осчастливившая» всех злосчастными пирожными и теперь, судя по виду, сама нехило мучающаяся от них. А с ней – Маргарита (в миру - Ритка, кассир наш, зарплату выдаёт…) С ТОЙ ЖЕ проблемой…

-«Девчонки, всем, кого не видели», - с порога «бросила» Ритка. Она вообще такая «лёгкая» по натуре, наподобие Любаши, хоть и постарше, дети уже есть. –«А вы чё тут «кучкуетесь»?

Тут словно что-то подсказало мне «УЙДИ В ТЕНЬ!» И я, как привидение, без звука, отшагнул от «дверных петель» (и КАК ЖЕ ВОВРЕМЯ!!!)к урне, но не залез на неё. В моём распоряжении была ещё левая щель, точнее то, что в неё было видно. А разглядеть меня в ТУ, ПРАВУЮ ЩЕЛЬ в моей «зоне» было уже невозможно…

-«Да ситуация мутная», - поспешила «внести ясность» Жанка. –«Вон там», - она, видимо, ткнула перстом в «мою» сторону, и видимо, ПОСМОТРЕЛА, и с ней все остальные, - «по ходу, кто-то окопался…» (Ну, даёт нач отдела продаж! Овладеваем сленгом!) И как же всё-таки вовремя я оттуда свалил!!!

Во мне вдруг проснулось совершенно неуместное (для данной ситуации) чувство юмора. В голове закрутился какой-то рассказ из далёкого советского времени (я его - в смысле, время - краешком своей жизни успел застать). И бабушка моя, прожившая в эту эпоху всю свою сознательную жизнь, и протянувшая почти до дефолта-98, читала мне, когда я был «старшим дошкольником», этот рассказ. Как пацаны играли в прятки в коммуналке и одному пришлось вот так, как мне сейчас, шхериться в чужой комнате, под кроватью, по-моему, и не вылезти, не пошевелиться… Блин, как же рассказ-то назывался?

(Витёк! Ну ГДЕ ты, родной! Как же ты мне сейчас нужен!!!)

По идее, лучше было бы залезть на «площадку», но я боялся нашуметь. И поэтому просто отстранился от двери и зашёл ЗА «урну-контейнер», на всякий случай, чтобы при «просмотре снизу» мои боты не засекли.

-«В смысле – окопался?» - хихикнула Алевтина. –«Заснул, что ли?»

И тут же на автопилоте добавила:

-«Мужик?..  Баба?»

-«Да неизвестно», - голос принадлежал уже Любе. –«Вот сейчас как раз и будем выяснять…»

-«В смысле?» - не поняла и одновременно «взвилась» Ритка-кассир. –«Чего там вы выяснять собрались, я, блин, обосрусь сейчас! Пирожными тут, недельной давности, обкормили НЕКОТОРЫЕ, понимаешь…» - последнее, конечно же, было в адрес Алевтины – полноватой и немного неуклюжей тётки, справившей два дня назад своё сорокасемилетие, добросовестно «доедавшей» собственные пирожные вместе со всеми и теперь тоже, скорее всего, держащейся за живот.

На что та тут же отпарировала:

-«Не недельной, а двухдневной… И вообще… в холодильник всё надо убирать…»

-«К чёрту!» - выкрикнула Ритка и, насколько я мог судить опять-таки по шагам, «обогнула» стенку, примостилась над ближайшим к двери унитазом и, видимо, стала расстёгивать и спускать брюки с трусами (шорохи я слышал).
Алевтина, спутница её и по совместительству «виновница торжества», не была столь проворна. Её тяжеловесные шаги я услышал только через пару секунд, думаю, что она пошла к среднему унитазу, и  скорее всего, успела до него ТОЛЬКО ДОЙТИ, как вдруг в дверь послышался поистине «командирский» стук. И «командирский» же голос снаружи:

-«Есть кто живой? ЧРЕЗВЫЧАЙНАЯ СИТУАЦИЯ!»
(Голос Витька я не спутаю ни с чьим другим… как же ты, дружище, вовремя! для меня… И как НЕВОВРЕМЯ для этих двух дамочек…)

Называется «психологический момент»… Люди (в данном случае, наши девушки) на мгновение забыли о «сортирной загадке» и отвлеклись на дверь, скрип которой я явственно услышал. Я, воспользовавшись этим самым моментом и «заглушающими шумами», буквально взлетел на свой «плацдарм» (опять получилось БЕСШУМНО, кто-то свыше опять прикрыл меня своим крылом!) и поджал ноги. С этого момента я не мог видеть ничего, но зато всё слышал. И по голосам всех присутствующих женщин я различал…

Вопреки нестройному хору из четырёх женских воплей… мол, «нельзя, алё… блин…какая ситуация? тут  женщины! э-э, вы кто?...» дверь сначала эдак деликатно приоткрылась (по звуку опять же!), а потом и распахнулась полностью. По шагам слышно было, что в туалет вошли несколько (как минимум, трое) человек. А может, и больше…

-«Ээ-эй!!!» - первой опомнившись, взвизгнула Любаша. –«Вы что, мужики, охренели? Тут женщины, извините, на горшках сидят! Куда? Ээ-эй!»
Видимо, она, даже обладая фигурой балерины, умудрилась преградить путь «бригаде», которую привёл с собой мой Витёк, и самому Витьку тоже.
И Витёк, и его сопровождавшие, видимо, застыли у дверей и были отгорожены от пристроившихся над унитазами женщин той самой внушительной стенкой из гипрока. Потому что не последовало новой реакции Любаши с Жанной и криков Алевтины с Риткой со своих «мест». (Как они там, интересно, в какой стадии, штаны успели спустить или нет? И что с их желудками происходит сейчас?) Скрип пола под шагами моего Витька (а он достаточно тяжеловесный по природе) стих и раздался его «убедительный» голос:

-«Дамы, прошу успокоиться! Наверху прорвало трубы, и если мы не перекроем стояк, у вас тут очень скоро может наступить наводнение!.. Вон тот, противоположный», - видимо, в этот момент он указал пальцем в сторону моей кабинки, - «стояк был повреждён ещё вчера и поэтому кабинку пришлось закрыть для посещения»… (м-да, поверили ли девчонки по-настоящему в эту версию?) Теперь вот и по этой стенке такая же беда. Поэтому тех, кто нуждается в посещении уборной, просим пройти в соседний туалет, по переходу, знаете, где!..» Он уже начал следующую фразу, но она была прервана эдаким робким возгласом Алевтины из-за стенки, со своего «плацдарма»:

-«А нам-то, простите, сейчас вот, ЭТИМ туалетом можно воспользоваться? А то уже…»
Неизвестно, что послужило бы окончанием фразы – «а то уже невмоготу…», или «…уже «ПОЛЬЗУЕМСЯ…» - видеть всё происходящее у меня возможности не было. Но прозвучал «авторитетный» ответ Витька (для них – Виктора Сергеевича):

-«Только побыстрее, барышни. Извините, но регламент – три минуты… Дольше никак, СИТУАЦИЯ ЧРЕЗВЫЧАЙНАЯ…
(Умеет всё-таки Витёк быть, жёстким, даже жестоким! Надеюсь, за три минуты УПРАВЯТСЯ!)

И ещё добавил какую-то «научную» ахинею. После чего (судя по скрипу пола и двери) покинул помещение, «пригласив», то есть практически «выпроводив» с собой наружу и Жанку с Любашей.

Всё время, что «барышни» делали свои дела (со всеми подобающими «процессу» звуками, вздохами и запахами) я просидел на том же месте и в той же позе. ИСКУШАТЬ СУДЬБУ не хотелось…

Спустя не три, а целых ПЯТЬ минут раздался стук в дверь (на этот раз уже не «командирский», а в достаточной степени деликатный). И в ответ – дружные, но какие-то «измождённые» голоса Алевтины и Риты:

-«Мы готовы…»

Я словно впал в прострацию и из ступора меня вывел только «командирский» стук в дверь кабинки увесистого кулака моего друга и его голос (на пониженных тонах, правда):

«Стас, выходи! Никого… Только аккуратно…»
(Да, забыл представиться – меня Станислав зовут…)

Картина, которую я увидел, выйдя из кабинки – мой Витёк в «спецодежде», не шибко высокого роста, хоть и атлетического телосложения, и – в окружении четырёх(!) амбалов в такой же спецодежде, при полном оснащении, с каким-то там инструментом в руках и даже в касках! Да-а, Витёк оперативно сориентировался… И эта «мизансцена» снова ввела меня в ступор, потому что я не мог вымолвить ни слова, а когда вымолвил, тут же мысленно обозвал себя мудаком и неблагодарной тварью…

-«Там это… Чисто? Выходить можно?...»

-«Можно, можно…». – Витёк «улыбался глазами». –«Все на рабочих местах, страху на всех нагнали…»

Я ещё «побыл в ступоре» и задал ещё один вопрос:
-«Так а, это… Ходить-то они», - я мотнул головой в сторону двери, имея в виду, естественно, прекрасную половину, - «теперь в тот, мужской, будут?»

-«Ты, Стас, по ходу, пересидел там, в будке этой», - глаза Витька по прежнему «улыбались», но только глаза. –«Минут через сорок  – ну сам понимаешь, при «чрезвычайке» должная  пауза необходима – откроем, типа, «предотвратили наводнение». Ну, а если в это время кому приспичит – ну, наверное, да… Разберутся, не дети…»

(Я так, мельком, подумал – «в самом деле, тот туалет фактически для трёх человек; я уже говорил, для меня и двух «складских», а там… что там… три раздолбанных, треснутых писсуара и две кабинки, ещё стекло выбито и грязища, мусор строительный и прочее, поэтому я наверное, инстинктивно и предпочёл сходить СЮДА…» «Транспортники», как правило, на первом этаже тусуются, у машин, и  сральник там свой. Даже они (мужики!) предпочитают ходить ТУДА (из-за неблагоустройства нашего «мужского» на втором). КАК ТУДА ДАМЫ НАШИ УТОНЧЁННЫЕ БУДУТ ХОДИТЬ?»)

Витёк словно прочитал мои мысли и вновь проговорил, глядя мне в глаза:
«Через СОРОК МИНУТ… Ты понял? Всё будет нормально. Забудь…»

И после паузы добавил:
-«Хоть бы «спасибо» какое, что ли…»

Тут я окончательно вышел из ступора и в этот раз сказал ТО, ЧТО НАДО (тихо, так, чтобы слышал только он (его «коллеги» уже отошли к дверям):
-«Спасибо в карман не положишь… Просто я теперь твой должник. По жизни…»

У меня и в самом деле было ощущение, что я провёл в этой кабинке целую вечность… Вообще, наверное, от сегодняшнего «экстрима» я не отойду долго. А ведь ПРОСТО ЗАШЁЛ ПОССАТЬ…

«Целую вечность,.. целую вечность… Я провёл...» - как же там… - «под этой кроватью, во! ровно двадцать лет…» Точно, блин! «Двадцать лет под кроватью» ТОТ рассказ назывался! И автор, этот, как его… Виктор Драгунский! По его рассказам и фильм какой-то в совке тогда сняли… Название опять не помню… Но теперь уже гадать-вспоминать сил нет…

Выходя из туалета, я машинально обернулся и увидел на серой двери приклеенную наспех скотчем бумагу формата А4, на которой синим маркером, аршинными буквами было написано: «РЕМОНТ. НЕ ЗАХОДИТЬ!!!» (Да, Витёк никогда ничего не упускает!)

И пока я шёл весь тот длинный, в несколько минут, перегон, до другого, того самого, «нашего крыла», где располагался и «отстойный» мужской  туалет, и мой «кабинет» (вернее – каморка, служащая пристанищем для «рабочих будней» программиста, уставленная компами, системными блоками и всякой хренью), я поймал себя на том, что по пути словно бы инстинктивно заглядываюсь» на закрытые двери комнат, мимо которых шёл (отдела продаж, бухгалтерии, учёта), представляя себе, как там сейчас трудятся мои прекрасные коллеги-сотрудницы, на которых я вдруг(!) стал смотреть как-то совсем по-другому… Я шёл не спеша, не боясь попасться на глаза какой-то из своих недавних «товарок по несчастью», заставить её вспомнить О СЕБЕ и вызвать НЕНУЖНЫЕ ПОДОЗРЕНИЯ… Я сейчас уже не боялся НИЧЕГО. И при этом усиленно пытался вспомнить одну-единственную вещь…

ЧЕГО Я ХОТЕЛ после того, как вышел из бухгалтерии и вдруг решил направиться в сортир? Три вещи…

Уже поворачивая по коридору к своей каморке, вдруг вспомнил:
«ПОКУРИТЬ, ПОЕСТЬ И ЗАРУБИТЬСЯ В КВАКУ…»

Курить не хотелось…  И аппетит куда-то пропал…
Значит, КВАКА…

Я дошёл до каморки и плюхнулся на потёртый, обшарпанный стул на колёсиках. Прокатился по каморке – два метра туда, два метра сюда, взад-вперёд, взад-вперёд – больше размеры каморки не позволяли. Я снова погрузился в какой-то – нет, не ступор, на этот раз – а в какой-то ТРАНС.
Я вспоминал…

Ирку, сидящую «орлицей» на унитазе и её аппетитную попочку;

Светку с её волосатой писькой;

Неподражаемую Марину-главбуха, «открывшей» мне столько своих «граней» за эти полчаса;

«Весёлую» и одновременно вредную Любашу с «матрёшкой» на интересном месте;

И других женщин-коллег, вдруг и почему-то ставших для меня за эти полчаса такими милыми и дорогими…

Я словно посмотрел на всё это из другой, какой-то ПАРАЛЛЕЛЬНОЙ реальности…

Но надо было возвращаться сюда, в эту. Невозможно долго созерцать этот мир «через щель кабинки». Рискуешь там, в этой кабинке, застрять. Навсегда… или НАДОЛГО.

Я тряхнул головой и отогнал «видения». Так, чего я там хотел? Не есть, не курить… А что?

Ах, да… «Квака».

Но и в «кваку» зарубаться сейчас почему-то не хотелось…

Конец.

Отредактировано Cabaliero (2020-05-07 15:25:27)

+2

9

Браво! Браво Маэстро(не в обиду сказано) - я поражена. Рассказ не просто закончен,он получил достойное продолжение. Очень достойное.

+1

10

Шикардос. Вот действительно интересно читать. Рассказ в напряжении держит, гадаешь, что же будет в следующий момент? Раскроют мужика или все таки "пронесёт"?
Очень очень интересно. И рада, что рассказ завершён, а не брошен на самом интересном

+1

11

Ну вчерашние пирожные без холодильника это штука опасная) по себе знаю) сколько раз было. Там всё так просто не обошлось. Сильно можно и не отравиться, а полужидким какать ещё долго потом. Вот я и решила продолжение написать.

На утреннем чаепитии, студентка практикантка Люба, помогла коллективу доесть остатки вчерашних пирожных, не подозревая что из этого что то может произойти. Вчера же не произошло. А вот сегодня произошло. Вскоре после злополучных пирожных, у девушки начался некий дискомфорт в животе, который вскоре прошел, но после обеда в животе студентки сильно закрутило, и резко захотелось в туалет. Люба насчёт этого дела была девушкой стеснительной, и сразу решила перетерпеть, но когда поняла что перетерпеть у неё всё таки не получится, Люба решила посетить туалет во время обеденного перерыва, чтобы в случае чего надолго не отвлекаться в рабочее время и не привлекать к себе лишнего внимания. С сильным волнением девушка не спеша проходя по пустому коридору вошла в пустующий туалет. Люба осторожно повернула ручку единственной кабинки и приоткрыла дверь. Внутри её ждал унитаз рулон туалетной бумаги и ершик Замкнувши щеколду, девушка залезла ногами на унитаз спустила штаны, умостилась на корточках на стульчаке унитаза, и задумчиво упёрлась щеками в кулаки.  Шквал дресённых какашек с шумом обрушился в унитаз. Воздух в туалете подпортился. Люба потянулась одной рукой за спину чтобы спустить воду, ну тут скрипнула дверь. А тем временем...
Света быстро шла по коридору держась за живот. Тут из за угла быстро вышла Ира и открыв дверь туалета прошмыгнула вовнутрь раньше Светы. Света подошла к кабинке, повернула ручку и дёрнула за дверь. Дверь не поддалась. Люба быстро убрала руку от кнопки смыва и затаилась

- Что подруга, по большому захотела? - весело спросила Ира вытирая туалетной бумагой стульчак дальнего унитаза.

- Та да, - ответила Света развернувшись к Ире - что то в животе вообще нехоршо. - и опять начала дёргать дверь.
Люба сидела как мышь. В животе у неё бурлило и распирало, но продолжать какать девушка стеснялась. Живот раздулся как шарик и терпеть стало тяжело. Любша попыталась бесшумно выпустить газы и ей это удалось. Правда воздух испортился ещё сильней.

- Да там занято - сказала Ира умащивая сидение унитаза туалетной бумагой.

- Там кто то срёт - ответила Света продолжая дёргать ручку

- Ну тогда это надолго - засмеялась Ира спуская штаны и трусики и мостясь на высокое гнездо из туалетной бумаги - я же говорила пирожные эти испортились... Все девки жалуются что животы болят. Я тоже наверное посижу немного.

- Ах вон оно почему ты умостилась так - улыбнулась Света подойдя к среднему унитазу и приподняв юбку и приспустив трусики, влезла ногами на унитаз. Ира тем временем мощно писала. Света пукнула мощно, протяжно и немного влажно. Затем ещё раз только даже громче, и немножко пописала. Анус девушки начал судорожно открываться, и после нескольких таких манипуляций, в унитаз хлынула лавина полужидкого говна.

- Вот.. а ещё на меня что то говорила - засмеялась Ира

Тут в туалет забежала Марина Сергеевна. Женщина брезгливо осмотрела мокрое сидение оставшегося свободным унитаза

- Опять зассали всё - недовольно скривившись, произнесла главбух, спустив брюки, взгромоздилась с ногами на унитаз. - Будь они неладны эти чёртовы пирожные - процедила сквозь зубы Марина Сергеевна и выпустила тугую струю жидкого поноса.

- Да и не говорите - сказала Света и спрыгнув с унитаза принялась вытирать попу. - ещё и кабинка занята

- Да ничего она не занята - ответила главбух, тоже с прыгнув с унитаза и принявшись за гигиенические процедуры. Её закрыли потому что там смыв не работает. Если бы там кто то был,  к тому же ноги видны были в щель.

- Ну и хорошо что её закрыли - сказала Света поправляя юбку - только кучи несмыстого поноса нам тут не хватало.

У Любы кровь застыла в жилах. Студентка вновь завела руку за спину и нащупав кнопку смыва, с ужасом осознала что она запала вниз и смыв и вправду не работал. Девушка опустила взгляд, и увидела, что под ней, в унитазе как раз и находилась большая куча дрисни, которой не суждено было быть смытой ближайшее время. Ещё Любаша увидела свой ещё утром плоский живот, который раздулся, бурлил и требовал срочно избавится от того что посчитал переваренным, но сейчас делать этого было нельзя. Люба чувствовала себя мучительно глупо сидя без трусов над унитазом, изнемогая от желания покакать, но всё же терпеть. Нужно было дождаться пока все выйдут. Тут лицо Иры стало серьёзным и напряжённым. Девушка нагнулась вперёд и раздалось долгое непрерывистое журчание, окончившиеся булькающими звуками.

- Ира, у тебя тоже понос? - спросила Марина Сергеевна

- Второй раз уже - устало ответила Ира

- У меня тоже, немного угрюмо сказала главбух. И возмоно не последний.

Люба сидела и немного злилась на Иру. "Ну когда же она наконец высрется", думала про себя Люба. Ира не заставила себя ждать и после нескольких струй сопровождаемых пердежом, наконецто просралась, и вытерев попку смыла унитаз. Троица вымыла руки и покинула туалет. Как только дверь захлопнулась, Люба расслабилась, и полужидкий понос буквально хлынул из девичей задницы, обильно залив находившееся в унитазе месиво густой подливой, лившейся из многострадальной попки несколько секунд без остановки, и закончился громкой серией влажных пердежей. Просравшись, Люба слезла с унитаза, вытерла попку, сделала тщетную попытку смыть унитаз, и отсунув щеколду, аккуратно открыла дверь и выглянула наружу. Пусто. Значит нужно "делать ноги". Быстрыми но бесшумными шагами, девушка покинула туалет и пошла по коридору подальше от того места.

+1

12

Что-то во всём этом есть. Свой, авторский поворот событий... И в самом деле, закрывшийся (-аяся) в ТОЙ САМОЙ КАБИНКЕ мог испытать проблемы не только с невозможностью обнаружить своё присутствие, но и с тем самым аварийным состоянием, на который в итоге и "списали" закрытость кабинки в моём варианте.
Да, действительно, сидеть над унитазом, хотеть срать и не иметь возможности это сделать - это что-то...

+1


Вы здесь » Сообщество любителей омораси » Интерактивные рассказы (БД) » Рабочие будни из интернета.